Пессимистическая трагедия: Беспорядки в Лондоне.

 

Я бы не стал уделять английским
беспорядкам какое-либо внимание, так как мало разбираюсь в нюансах лондонского
дна, а злорадствовать тем более нет никакого желания. Однако недавно мне
попалась ссылка на повесть Тони Уайта «Трави трассу!». Вот как её жанр
определяют на Альдебаране:

Английский писатель Тони Уайт –
представитель направления, именуемого "аван-трэшем". Суть
"аван-трэша" в том, что серьезные идеологические проблемы
современности пакуются в подчеркнуто бульварную оболочку: тем самым суть их
зачастую обнажается и через комическую неораблезианскую стилистику становится
возможным увидеть лежащую под их поверхностью манипуляцию общественным
сознанием. А если вам не хочется вникать так глубоко в философию масс-культуры,
вы вольны видеть в романах Уайта всего лишь веселую пародию на дутую
серьезность многих современных авангардных течений.

Начал читать, но потом бросил. И
суть даже не в том, что книга не рекомендуется детям до 16 лет и лицам
страдающим, жёсткой формой пубертата или ханжества. Её литературный язык вполне
сносен, создавая причудливую атмосферу экстра-зелёной коммуны. Дело в другом - в
бессмысленности существования главного героя. Однако в связи с беспорядками в
Англии пришлось дочитать – благо история не слишком длинная. Уилл Гудмен герой
английского дна – сквотер (то есть человек, занимающий пустующее помещение на
незаконных основаниях. По русски: самозаселенец). Его образ в книге
положителен, да и он сам резкого отторжения у читателя не вызывает. В чём же
проблема (если не считать изрядного количества сексуальных сцен, которые к
концу книги просто утомляют)? А дело в том, что я и назвал пессимистической
трагедией беспорядков в Лондоне. Это мелочность, поставленных, как перед
главным героем, так и перед погромщиками, идеологических задач. О чём хорошо
написал Виктор Мараховский:

...Если можно так выразиться --
нынешние бунты с выносом товаров из витрин по обе стороны Атлантики отличаются
от классовых выступлений столетней давности лишь одним нюансом. Узлом
«социальной сети для бедных» начала XX века был завод, и протестующие
(бастующие, марширующие) рабочие требовали себе трудовых благ: сокращения
рабочего дня, повышения зарплаты, а в радикальных случаях – собственности
коллективов на средства производства.

Сегодня узел «соцсети для бедных»
на западе, по большому счёту – обычный супермаркет (см. реалистичное
изображение его роли в фильмах Кевина Смита). Работы тусующихся в его
окрестностях молодых людей, как правило, нет – особенно сейчас, когда её мало и
для более благополучных слоёв. Пятая часть тех же молодых британцев, по
статистике, работы не имеет. Нередко – не знает, что это такое. Нередко – не
ходит в школу и понятия не имеет ни о каких системных штуках вроде экономики.
Эти люди знают одно: государство, которое им чего-то все эти годы давало, стало
давать меньше.

И у таких беспорядков нет шансов
в дальнейшем, пусть после долгих поисков и метаний,  сделать эту трагедию оптимистичной. И книга «Лови
трассу!» наглядное тому подтверждение. Существование экстра-зелёных один
сплошной когнитивный диссонанс. Они протестуют против «Вавилона» (под которым
угадывается современный глобо-корпоративный мир с надсмотрщиком государством),
но, тем не менее, считают свой прямой обязанностью встать в очередь на
получение социального пособия. Лишь не многие из них заняты каким-то делом, как
Жонглёр или его подружка Шэрон, но именно Жонглёр оказывается предателем и его
постигает заслуженная кара. Они за экологию и протестуют против строительства
дороги, но сами жрут и пьют всякую гадость, вполне потребляют в своё
удовольствие технологические изыски человеческой цивилизации.  Похоже их зелёность – лишь противопоставление
системе (на которой они висят социальными трутнями), которая успешно
подвернулась им под руку. Не было строительства трассы – протестовали бы против
запрета на какие-нибудь сексуальные излишества или против правил дорожного
движения. Не суть важно. Даже строительство дороги (под которой угадывается
хищный оскал современной антропогенной цивилизации) надо было демонизировать
(типа разрушение древних святилищ и кровавые жертвы), чтобы придать борцам против
трассы соответствующий положительный антураж. Иначе сложно будет объяснить
читателям в их добронравных намерениях, ради которых надо принести
контр-жертвоприношение – погубить главный офис строительной корпорации в 1000
человек. В этом отношении желание героя отодрать как можно больше женщин не
выглядит экстравагантно, ведь ему противостоит злодей бизнесмен, который
совмещает в себе полный спектр сексуальных расстройств. В общем, классическая
картина современного Голливуда, чтобы сделать главного героя положительным –
доводят до абсурда отрицательного. Ещё менее понятно: что герои собираются
делать далее – ведь, заметим, что существование на лоне девственной природы не
может быть беспечным. Её плоды могут доставаться только в упорном и тяжёлом
труде, к которому обитатели сквотера не склонны.

В общем, можно подвести вывод.
Трагедия лондонского дна не в том, что их угнетают или вынесли на окраину
общественной жизни – их проблема в том, что их такое положение вполне
устраивает. Весь сыр-бор начинается, когда халявная пайка, а с ней и
уверенность в своих возможностях как потребителя – снижается. Играясь, в
противовес СССР, в социальное государство – запад вырастил в своей питательной
среде социальную прослойку-паразита, которая, с одной стороны, отрезана от
возможностей развития, а, с другой уже сама не хочет этого развития, выбивая
свою пайку за счёт возможной силовой агрессии на более благополучные районы.
Что в условиях, надвигающегося кризиса, сделает их явными рассадниками
всевозможных безобразий. И правительству придётся принять меры. И эти меры вряд
ли понравятся обитателям сквотеров и трущоб. И вот у вас перед глазами один из
вариантов того, как рушиться красивый западный миф. Возможно, в процессе его
разрушения или на его развалинах взрастут и расцветут надеждой новые социальные
идеи и устремления. Но это будет потом, а пока нам предстоит лицезреть пессимистическую
трагедию.