wwold (wwold) wrote,
wwold
wwold

Category:

Современные «фабрики мысли»-2: Онтологические проблемы российского аналитического пространства.

Начало здесь.

Крушение СССР означало, что картина мира, построенная на базе ортодоксального марксизма, перестала удовлетворять не только элитные запросы, но чаяния простых смертных. Не смотря на то, что, на мой взгляд, СССР был ближе всего к тому, чтобы сформулировать переход к новой когнитивной фазе развития, этого не произошло. Наоборот, элитой была принята безоговорочная капитуляция перед онтологической картиной своего злейшего соперника – западного проекта с его неолиберальной составляющей. В результате этой экзистенциальной катастрофы общество и её интеллектуальная составляющая банально потеряли ориентиры в происходящем. Западные партнёры тоннами присылали всевозможных экспертов, которые совместно с доморощенными жуликами и проходимцами занимались беспрецедентным мошенничеством. И всё это проглатывалось обществом в качестве единственно верного решения.

Перелом наступил, пусть вас это не смущает, в эру Путина, во время которой произошла стабилизация процессов, а элита задумалась о своей проектной принадлежности. Нет, западные ценности так и оставались на высоте, но определилась зона отчуждения. Ценности – ценностями, а «нажитая непосильным трудом» недвига, баблогенерирующие ресурсы и предприятия – должны принадлежать тем, кто успел их спиздить, типа, благородным донам при делах. Которые потихоньку прозревали, что обуть лохов заработать могут только в России за счёт полученных преференций, а жить хотят по стандартам западных буржуев и при полном их уважении. Причём, часть интеллигенции при этом желала переформатировать варварский народ на европейский лад, дабы здесь было чистенько и по евростандартам, как где-нибудь в Лондоне.

Отсюда вырастают онтологические ограничения российской школы анализа будущего:

- Европоцентризм (западоцентризм). Не подвергается сомнению, что место России в лоне цивилизованных (читай западных стран), поэтому, чтобы не случилось, она сумеет войти равноправным и уважаемым членом в лоно мирового сообщество (читай снова западных стран);

- В связи с первым пунктом основные моменты банально передраны у западных коллег;

- Например, привязка к либеральной составляющей развития экономики через рыночные регуляторы. Что постоянно приводит к лихорадочной активности наших горе-реформаторов;

- Утверждение, что технологичность превыше всего, что вызывает острую печаль по поводу нашей неинновационной экономики.

В итоге большинство нарисованных картинок оказываются лубочными картинками западных форсайтов, где сложные вопросы современности либо не ставятся, либо считается, что всё устаканится само-собой.

Примером такого образа будущего является доклад экспертной группы «Сигма»: «Россия ХХI век: образ желаемого завтра» 2010 г.

Там можно найти все красные флажки свойственные российскому либеральному смысловому пространству. И тяга к прекрасному в Европу, и мечта о чуде об инновация в экономике. Основную суть которого можно высказать так: «Не плохо бы, чтобы все были здоровыми и богатыми». В докладе это выражается, например, так: количество мигрантов будет прибывать, но, по видимому, все будут жить дружно и счастливо. Сразу бросается в глаза европейский взгляд на этот вопрос. И не подумайте, что я против того, чтобы все были богаты и здоровы – я только «ЗА», но уж больно это напоминает оксюморон: «Болеть будете, но, по видимому, к врачу ходить не обязательно». Момент, когда нам втюхивали такие розовые обещалки, мы уже проходили – в 1991 году. Тогда поверили. Теперь у большинства к этому иммунитет в той или иной степени. Поэтому у публики возникает вопрос домуправдома Бунши: «Позвольте, а кто будет платить за банкет?» И пока внятного ответа не предвидится, то потуги прозападных интеллектуалов вызывают лишь лёгкое раздражение и вопрос: «А с какого хера мы кормим этих тунеядцев?»

Наиболее вменяемо, да и соответствующе действительности, выглядела доктрина: «Россия – энергетическая Сверхдержава». Где ставился, по большому счёту, крест на инновационной экономике, но были понятны источники баблодобывания. Однако надо понимать, что эта стратегия подразумевает, как минимум, контроль элиты за внутренней политикой, а здесь было всё не очень.

Особенно стремительно ситуация стала развиваться в последнее время. В связи с кризисом на западе начались процессы экспроприации «нажитого непосильным трудом» у бандустанской элиты, в том числе «самой что ни есть» прозападной. Судьба Бен Али, Мубарака наглядно показала российской элите, что «ровней» её считают до поры до времени, после чего она будет безжалостно зачищена, а её ресурсы экспроприируемы для гашения финансового пожара в Европах и Америке. Соответственно, вопрос о проектном существовании России перед частью элит встал на новом уровне срочно и важности. А вот здесь отсутствие альтернативных к либерализму разработок поставило необходимость срочной импровизации. Так как своего не было – в ход пошёл винегрет. Прекрасным примером которого являются разработки «Центра проектного анализа». Я уже давал прекрасную картину увиденного:



Здесь не просто замена западноцентризма на российскоцентризм – здесь даётся обоснование такой впечатляющей картины будущего:



А причиной такого явного успеха объявлен тот факт, что Россия является не хухры-мухры, а страной православной – отсюда её мощь и сила. После этого можно даже экономику либеральной оставить – это уже не испортит общей лепоты. При всём моём уважение к Православию и, с оговорками, к РПЦ - курить траву надо меньше.

В общем, можно констатировать, что одна кривая онтологическая картина заменена на другую. В результате этого, белоленточники условно пользуются няшными прогнозами прозападных «фабрик мысли», а охранители творческим винегретом прогосударственных структур.

А что же скажет оппозиция?

Здесь, коллеги, всё тоже грустно. Прежде всего потому, что Россия проектная страна, которая последнее столетие развивала Красный проект на базе ортодоксального марксизма. Который, во-первых, сошёл с дистанции конкурентной гонки; во-вторых, глушил развитие иных альтернативных вариантов, в том числе модернизацию самого марксистского учения. И это при том, что все наиболее успешные лидеры к марксизму относились весьма творчески. В итоге та часть российского общества, которую можно отнести к левому флангу вернулась к марксистскому учению, иные судорожно и несистемно разрабатывают свои концепции.

Теперь по порядку. Проблемой левых является тот факт, что марксизм напрямую соотноситься с успехами первого государства рабочих и крестьян. В этом случае необходимая рефлексия о проблемах учения наталкивается на то обстоятельство, что столетием ранее это не помешало его идеологическому триумфу в России. В данном случае создаётся ощущение ложного оптимизма, согласно которому историю можно переиграть заново. Особенно это чувствуется актуальным в условиях того факта, что либеральные лекала трещат по швам. Переосмысление марксизма и его притирка к изменившимся условиям постиндустриального мира возможна только в лице непредвзятых мыслителей левого толка, либо по мере того, как марксисты будут сталкиваться с нерешаемыми в контексте классического учения проблемами, которые потребуют творческого переосмысления. Первых не так много, а для решения задач вторым путём – необходимо, чтобы марксисты получили доступ к властным рычагам, дабы на практике снова проверили действенность своего учения.

Здесь надо заметить один любопытный факт, который говорит, что работа над ошибками была не проведена в принципе. Раскол левого фронта на множество партий и движений показывает тот факт, что на базе марксистской онтологической картины разные группы исследователей приходя к разным выводам, что и продуцирует большое количество решений для одних и тех же вопросов. Этот разнобой мнений приведёт к ослаблению, собственно, левого фланга в преддверии больших гонок на выживание, а так же снизит доверие к нему со стороны обычного человека, осуждающего двоякое толкование одних и тех же скрижалей.

Тем не менее, в отличие от марксистов у других оппозиционных течений своей, хорошо проработанной концепции, нет. Ежели не считать таковой Православие, которое может достаточно хорошо трактовать многие этические вопросы, но требует Веры, что дано не каждому, и слабо там, где начинается материя. Можно ли говорить, что другие оппозиционные направления бесперспективны? Не в большей степени, чем марксисты. Тем не менее, без систематизации взглядов на мир, включая его материальную и духовную составляющую, которая, при этом, адекватно ложиться на классические русские архетипы и отвечает на вызовы современности, какого либо прорыва ожидать не стоит.

Создание такой концепции при условии грамотного функционирования доминирующих «фабрик мысли», в принципе, не возможно, так как реальные конкуренты будут отслеживаться задолго до финиша и деактивироваться. Другое дело в том, что современный кризис носит одновременно и онтологический характер, когда выводы и расчёты ведущих интеллектуальных «реакторов» оказываются провальными, что приводит к ошибкам в управлении, к резкому усилению кризиса и падению доверия к этим мозговым центрам. В тот промежуток времени, когда власть предержащие элитарии будут пребывать в интеллектуальном вакууме, возможно создание и активное внедрение «фабрик мысли» нового типа, которые позволят более слабой оппозиционной группе «перетянуть смысловое и интеллектуальное одеяло» на себя.

Продолжение следует.

Tags: Будущее, фабрики мысли
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments