?

Log in

No account? Create an account

"Никому не избежать битвы. Кто сражается - победит, кто бежит - падёт." Фульхерий Шартрский 11 в.

Previous Entry Share Flag Next Entry
Красные «Моисеи»: ДКР-5/1.
wwold
Начало 1, 2, 3 и 4.



Ситуация, сложившаяся на внутренних фронтах, перед началом интервенции. Заметно прекрасное, что первые выстрелы Гражданской войны прозвучали, по большому счёту, в глубоком армейском тылу при относительной пассивности войск на фронте (крупным планом здесь).

8 февраля (26 января) 1918 года бывший подполковник императорской армии, а ныне командующий отрядами Красной гвардии, взявшими штурмом Киев, М.А.Муравьёв телеграфировал Ленину:

«Сообщаю, дорогой Владимир Ильич, что порядок в городе Киеве восстановлен… Разоружённый город потихоньку приходит в нормальное положение до бомбардировки… Остатки войск Рады отступили на Житомир, где Петлюра и Порш вербует из гимназистов дружину, но, конечно, мы не придаём этому значение…»

А следовало бы. Конечно, сама Центральная Рада не представляла из себя сколько-нибудь грозного соперника, разогнанного сборной солянкой красногвардейцев, однако, она обладала на тот момент одной важной субъектной составляющей – могла вести переговоры с немцами о мире в качестве представителей пусть условного, но украинского государства. Действительно, за день до начала штурма Киева, понимая свою обречённость, Рада приняла решение «О праве подписание сепаратного мира с германцами в Бресте». Ну, а Красные, имея на это полную возможность, что, вдобавок, отдельно оговаривалось в приказе Антонова-Овсеенко о наступлении, не стали окружать город – дав возможность спокойно улизнуть членам украинского правительства и остаткам их вооружённых формирований.

А спустя пару дней, 9 февраля Центральная Рада подписывает с немцами сепаратный мир, где взамен поставок продовольствия гарантировалась военная помощь против советских отрядов.

Началась внешняя интервенция, которая, собственно, и поставила точку над крайне интересным, на мой взгляд, донецким экспериментом большевиков. Заодно она и провела естественную ранжировку существующих административно-управленческих аппаратов. Если со своими внутренними врагами (по крайней мере, с их персонализированной вооружённой частью) большевики до этого времени худо-бедно справлялись, то теперь на арену вышел более опасный враг, чья сила заключалась в консолидированном обществе на базе классического государственного аппарата. Что могли противопоставить всему этому революционные массы?
Я здесь не буду описывать перипетии заключения Брестского мира, все последствия которого участники тогда не могли до конца осознавать и предположить, но вот на самих военных действиях остановлюсь. Чтобы была понятна как стратегия и тактика оккупационных войск, так и ответ на них большевистского правительства. Что, в целом, показывает насколько система пыталась эффективно сорганизоваться при наличии угрозы от нового, более сильного противника.



Сам того не желая, Лев Давидович выступил нечаянным соучастником интервенции немецких войск в Россию. Впрочем, надо понимать, что потребность блока Центральных держав в продовольствии была таковой, что всё равно бы заставила германское командование искать повода для вторжения на Украину. Наличие карнавальной Центральной Рады в данном случае было лишь удобным поводом для решению данной задачи.

Как только Л.Троцкий покинул переговоры в Брест-Литовске, где озвучил свои знаменитые тезисы «Ни войны! Ни мира!», он отослал две телеграммы. Одну Ленину, где описать суть своего решения, а другую - Н. Крыленко в Ставку о демобилизации старой армии. Мало того, что заключение мира было одним из столпов большевистской агитации, так и Н. Крыленко считал старую армию не столько защитницей от внешних врагов – сколько внутренней угрозой для Советского правительства, поэтому без всяких вопросов продублировал её в войска. И армия, находившаяся и так в крайней степени разложения, сорвалась домой. Понятное дело, что данные события не остались без внимания немецкого командования, что, соответственно, и определило ту тактику, которой стали придерживаться войска интервентов.



В.А. Антонов-Овсеенко. Этот, маловоинственного вида, человек был лютой грозой для контрреволюционеров начала 1918 года. А с февраля этого же года изображал из себя щирого хохла (став просто Овсеенко), что отстаивает Советскую власть на Украине. Это был солдат партии, который активно брался за любую, даже невыполнимую работу. И, пожалуй, сделал всё возможное и невозможное, что было тогда в его силах.

Если брать второй том воспоминаний В. Антонова-Овсеенко «Записки о Гражданской войне 1917-1918 гг», то перечень австро-немецких сил, выдвинутых на Украину выглядит более чем внушительно:

По исследованию некоторых наших красных генштабистов, тов. Венцова и Белецкого, германцы бросили на Украину, для её оккупации, 21 пехотную дивизию, две кавалерийских и одну кавалерийскую бригаду, австрийцы восемь пехотных и две кавалерийских дивизии.

При этом, замечает он, даже если эти данные завышены, то в любом случае планомерному натиску этой двухсоттысячной регулярной армии, сопровождаемой многочисленными бандами отрядами гайдамаков, Красная гвардия в пику своих возможностей могла выставить не более 20 000 человек.

Впрочем, в «Записках» Антонов-Овсеенко сокрушается не столько о несопоставимой численности, участвовавших в боевых действиях подразделений, сколько об их организации и боевом духе. «Записки» писались в 20-х годах, до ввода в дело «Краткого курса ВКП(б), поэтому не были затронуты последовавшим позднее мифотворчеством о прошедших событиях, оставаясь довольно циничным и жёстким рассказом о первых днях Советской власти на Украине.

Уже в предисловии он откровенно заявляет, что весь путь от берегов Днестра и верховьев Днепра до границ Донобласти Красные проделали «с чрезвычайной, почти рекордной, быстротой».  После чего указывал, что «только изжив громадные недочёты в организации наших боевых сил и руководства ими в первый период Гражданской войны, мы смогли построить ту Красную армию, которой по справедливости гордиться наш Союз».

Итак, не смотря на десятикратный перевес в силах, наступление немцев (австрийцев) не представляло из себя какой-то неостановимый «паровой каток». И дело даже не в отсутствии должного наряда сил и средств, а, скорее всего, в немецкой прагматике. Понимая, что перед ними находиться дезориентированная и разложенная армия и стараясь избежать крупных потерь, они предпочитали действовать, как бы это сейчас модно говорить, на понтах. Обозначали нажим на определённом участке фронта (как правило, заключавшийся в артиллерийском обстреле позиций), ждали, когда оттуда сбегут деморализованные войска, потом спокойно занимали позиции.

По мере пересечения фронта ситуация ещё более упростилась. Войска (пару рот, батальон, реже полк) сажались на поезд (или несколько), который был оборудован для ведения огня, на него же грузилась одно-два орудия и три-четыре пулемёта, после чего двигались до соседней станции, где сковыривали местных большевиков. При необходимости дожидались войска (которые передвигались уже в походных колоннах), грузили боеприпасы и подкрепления - после чего эшелоны следовали дальше. Там, где железных дорог не было, вперёд высылались дозорные разъезды, которые констатировали отсутствие прочной обороны противника, после чего войска опять же таки двигались походным порядком.

В силу того, что такие мобильные группы, не обладали сколь значимой численностью и ударными возможностями, их было легко блокировать такими же малыми силами, подлавливать в засадах, а то и уничтожать, захватывая пленных и вооружение (что периодически указывает в красных отчётах). Проблема была в том, что такими булавочными уколами немецкий «Drang nach Osten» было не остановить.

Если встречалось организованное сопротивление противника, немцы подтягивались резервы, передний край обрабатывался артиллерией, после чего шёл штурм. Если обороняющиеся упорствовали, их обходили с флангов, которые, как правило, были открыты (обычно за неимением наличных сил). После чего даже идейные до упоротости отряды были вынуждены отступать на следующие позиции. Впрочем, упорное сопротивление было скорее исключением, чем данностью, поэтому данная тактика давала огромный темп продвижения при незначительных потраченных ресурсах.



М.Д.Бонч-Бруевич последний начальник штаба Ставки главкомверха – создатель стратегии Завесы и воплотитель её в жизнь. Впрочем, думается, не в последнюю очередь этой возможностью он был обязан своему брату Владимиру, который занимал высокие административные посты в правительстве большевиков.

Первым, как всегда, среагировал Ильич. Он понимая, что революция, вознесшая его на политический Олимп, подошла к той ситуации, когда «полимеры могут быть просраны», развил бурную деятельность в данном направлении. Однако его судорожные телодвижения по отмене демобилизации должного результата не принесли. Старая армия разложилась окончательно, народ воевать не желал. Именно в этот момент 19 февраля 1918 года начштаба гламковерха генерал-майор императорской армии Д.М.Бонч-Бруевич доложил в Петроград, что Ставка верховного главнокомандующего расформирована окончательна. Сразу же поступает обратная телеграмма на его имя, где Ленин просит прибыть его с наличным составом Ставки в Петроград. 22 февраля вечером Д.М.Бонч-Бруевич был в Смольном, где в комнате №75 произошла его беседа с Лениным. Суть задачи Ильич описал просто: «Надо немедленно заняться соображениями о мерах обороны Петрограда. Войск у нас нет. Никаких.»

Вроде бы нарисовался полный писец! Однако переговаривающие стороны быстро пришли к обоюдному мнению, что немцы наступать большими силами не могут, поэтому и действовать надо соответствующе.



А.И.Черепанов, из крестьян, штабс-капитан императорской армии, командир 2-го красноармейского полка (бывший 6-й Сибирский корпус), который удерживал Псков (с 23 по 25 февраля 1918 года), дав возможность сосредоточится «поддерживающим» отрядам. Человек незаурядной судьбы. Был главным военным советником школы Вампу в Китае, участвовал в походе в Афганистан, боях на КВЖД, в битвах при Ухане и Чанша (снова в качестве советника), участник Великой Отечественной войны.

Было принято решение создать «разведывательные группы» в 20-25 человек, которые будут контролировать определённый участок, оповещая Смольный и соседей о продвижении немцев. Им в помощь будут придаваться «поддерживающие отряды» в 50-100 человек, чьей задачей станет пресечение попыток продвижения противника. В течение ночи (23 февраля) были созданы и отправлены на участок Нарва-Себеж все намеченные «разведывательные группы». В этот день и последующий были формированы и отправлены «поддерживающие отряды». Так перед наступающими немецкими отрядами стала возникать, всё более уплотняющаяся завеса, снижающая темп немецкого наступления. Что, на мой взгляд, вместе с упорной борьбой отряда А.И.Черепанова под Псковом и является поводом для празднования 23 февраля в качестве армейского праздника.

Здесь надо отметить важный, но малоучтённый исследователями факт. Именно интервенция, с одной стороны, заставила  обратить внимание  советского правительства на бывшую военную элиту (которая до этого считалась, и не без оснований, малолояльной к новой власти), с другой, позволила ей отнестись к предложению о сотрудничестве для борьбы с внешним врагом, как вполне приемлемому для офицерской чести. Не удивительно, что участие в Завесе против немецких войск добровольно приняли участие и те офицеры и генералы, которые в последствии перешли на сторону Белых по идеологическим мотивам. Однако, часть генералитета с большевиками сработалась, что позволило начать формирование Красной армии по существующим армейским лекалам. Таким образом у немецкой интервенции была и позитивная сторона, позволившая сплотить разные осколки общества перед угрозой внешнего противника.

Продолжение следует.


  • 1
Ну какие же тайны?
Тяжела была доля России, с каждым днем историческое пространство России уменьшалось. Это был, возможно, самый тяжелый период в русской истории. В Брест-Литовске Россия лишилась Польши, балтийских провинций, Финляндии. 28 января 1918 г. Украинская Рада объявила о своей независимости. В апреле и мае декларации независимости последовали от Грузии, Азербайджана и Армении. Все эти территории так или иначе находились под опекой Германии.
Так же в зависимости прямой от Германии находилось и большевистское правительство.
Теоретически большевики не беспокоились о границах государства как "временного наследия прошлого". Член французской военной миссии Антонелли разъяснял Западу, что для большевиков "неважно, например, отдана Литва Германии или нет. Что действительно важно, так это будет ли литовский пролетариат участвовать в борьбе против литовского капитализма".

Ленин твердо стоял на этой точке зрения. Как сказал он в письме американским рабочим от 20 августа 1918 г., "тот не социалист, кто не пожертвует своим отечеством ради триумфа социальной революции".

13 мая 1918 г. первый посол кайзеровской Германии в Советской России граф Мирбах суммировал первые российские впечатления: "Реализация наших интересов требует продолжения поддержки большевистского правительства. Если оно падет, то его наследники будут более благосклонны к Антанте. Следует продолжить снабжение большевиков минимумом важнейших товаров, чтобы поддержать их пребывание у власти. Несмотря на все их декреты, с ними в настоящее время можно иметь дело, они сейчас более расположены к экономическому сотрудничеству, и должны быть предприняты меры в направлении будущего экономического проникновения"
Этим всё сказано-Советская Россия не только контролируемая территория, но и источник золота, продуктов, солдат и так далее.Более ста тысяч пленных вернулась в рейхсвер, часть осталась служить на территории России с целью контроля за пространством.Красногвардейцы-интернационалисты вполне себе боролись с остатками сопротивления Антанты на русском пространстве, та же история с чехословацким корпусом.

А то что какие-то банды и разрозненные отряды анархистов, чехословаков, поляков, эсеров, и левых коммунистов и просто уголовников оказывали сопротивление наступающим германцам на той же Украине, так это обычная ситуация в стране ввергнутой в хаос.
Там и дроздовцы с австрийскими патрулями перестреливались, пробиваясь на Восток.

Гинденбург и Людендорф после некоторых размышлений отвергли идею совместной советско-германской экспедиции на Север и Юг России, соглашаясь на военную операцию в Восточной Карелии - это привело бы к германской оккупации Петрограда (останавливала задача обеспечить питание двухмиллионного города). Людендорф при этом никак не хотел воспользоваться поддержкой белых против красных. Он именно в белых видел реальную угрозу будущему Германии и приказал командованию Восточного фронта сконцентрировать значительные силы против формируемых на юге России белых частей генерала Алексеева. Большевикам он "позволял" воевать с Алексеевым на Царицынском фронте, не приближаясь к железнодорожной линии Воронеж-Ростов, используемой германской армией. Идеальным, считал Людендорф, было бы взаимное ослабление белых и красных. Могучий дуэт, управлявший Германией, отверг план Гельфериха, исходя из "знакомых" соображений. Троцкий был для Гинденбурга и Людендорфа неведомой силой, а Алексеев - очень хорошо известной, эффективной и враждебной силой, с которой они три года сражались на Восточном фронте.
Это из серьезной работы Уткина.

Важно, что "большевики являются единственной русской партией, которая вступила в конфликт с Антантой... Наша обязанность - разжигать этот конфликт. Большевики - единственные в России защитники Брестского мира. Сотрудничество с другими партиями возможно только при условии модификации Брестского мира; прежде всего, Украина должна быть восстановлена в составе Великороссии... реставрация России в предвоенных границах. Готовы ли мы отдать плоды четырехлетних битв только ради того, чтобы избавиться от дурной репутации сообщников большевиков? Но мы не сотрудничаем с ними, мы используем их. Это хорошая политика".

Линия Гинце победила в фатальном августе последнего года мировой войны. Людендорф отдал приказ войскам, находившимся вблизи Петрограда не крушить большевиков, а в случае необходимости помочь им. Он начал подготовку посылки германских войск в район Мурманска, чтобы сдержать англичан. Кайзер пришел к выводу, что правительству Ленина следует помочь финансовым образом.
А вы про отряды Завесы и подвиги там из советского кинематографа.

==А вы про отряды Завесы и подвиги там из советского кинематографа.==

Если бы не Завеса, то немцы, скорее всего, Петроград бы взяли. Просто бы вошли на плечах разбегающихся отрядов. Даже при том, что немцам Питер, в общем, был не нужен. Даже противопоказан.

А в остальном, даже если исключить море мелких неточностей, вы мне так и не ответили: с каких оснований считать, что "в Москве сидел марионеточный прогерманский режим, который помогал Германии, как мог." Большевики банально ничего не могли сделать против мощи казеровской армии (что особенно хорошо было видно на Украине), поэтому были вынуждены договариваться. Марионеточные правительства мирный договор с сюзереном не назовут "похабным". Прогибаться, не имея возможности ответить, это одно, подчинятся в рамках оговоренного суверенитета - другое.

Если бы не Завеса, то немцы, скорее всего, Петроград бы взяли.//Крохотные отрядики, состоящие из деклассированных элементов просто бы разбежались при малейшем натиске. Но захват Петрограда не входил в планы Германии.Кормить два миллиона жителей?
Вы в армии служили,в боевых действиях принимали участия? Обратитесь к специалистам.Они вам всё четко растолкуют, кто кого может остановить, где и почем.
что "в Москве сидел марионеточный прогерманский режим, который помогал Германии, как мог.//Объективно говоря, режим который сознательно вывел страну из войны с ними,распустил армию, разрушил фронт, капитулировал на переговорах в Бресте,а потом сознательно помогал Второму Рейху чем только мог и есть марионеточный прогерманский режим.
Если что-то выглядит, как утка, крякает как утка и ходит как утка-это и есть утка.
А песенки про похабщину-это "импровизация пассажира запломбированного вагона" для лошков.
Кстати передвижение в оном и есть вполне себе достаточная причина, чтобы вывести оного пассажира в лесок.Если бы служила в армии, то знали, что решение о ликвидации такого пассажира принимает командир разъезда или поста, вполне себе обычный унтер -офицер.Ильич помнил, добро, как его в 14-м году выпустили из концлагеря.А так бы бациллка тифа или сибирской язвочки порешала все раньше.

Edited at 2018-08-27 05:40 pm (UTC)

==Объективно говоря, режим который сознательно вывел страну из войны с ними,распустил армию, разрушил фронт, капитулировал на переговорах в Бресте,а потом сознательно помогал Второму Рейху чем только мог и есть марионеточный прогерманский режим.==

Проблема вся в том, что было почти всё наоборот.

Наоборот-это сознательная оборонческая позиция,как у Плеханова, призывы к войне до победного конца,после захвата власти-объявление революционной войны-режиму Вильгельма, смерть кайзеризму и борьба до полной капитуляции Германии.
Да еще до этого побег из австрийской тюрьмы и перемещение в Россию из Швейцарии, через Францию или Италию на пароходике.
Вот тогда было бы наоборот.
Но это совсем другая партия и другие персоналии.

Наоборот, это значит, что вы выдаёте желаемое за реальность.

Это не я.
Это такая объективная реальность.
Была бы она такой,какая указана выше и Ленин сражался бы против Германии, пусть даже и отступив крен знает куда, была бы другая реальность. Но он помогал Германии всем, чем только мог.

==Была бы она такой,какая указана выше и Ленин сражался бы против Германии, пусть даже и отступив крен знает куда, была бы другая реальность.==

Хе-хе, а вы, батенька, фантазёр. Не было у Ильича возможностей с немцами воевать, поэтому он предпочёл договариваться. Украина тому в пример. Там-то никто не договаривался в силу того, что этим рулила Центральная Рада. Вот эти были без писды марионеточным правительством.

Кстати, Белые тоже с немцами не торопились воевать. А часть, типа Краснова, так вполне и очень взаимовыгодно сотрудничало. Например, Второй Кубанский поход против Красных Добровольческая армия начинала с боеприпасами поставленными... тадам... теми же немцами Краснову. Чот добровольцы не побрезговали ими воспользоваться.

"Тяжелые,но необходимые урока"-раньше тема третьего урока полизанятий в СА была.
Афтырь Ульянов-Бланк, подписывался, как Ленин.Рекомендую, о завесах-занавесах и прочей мануфактуре.

  • 1