Поучительная история убыхов: вместо предисловия.
В продолжении курортных зарисовок. В целом, моё ощущение о черноморском армян-сервисе можно показать в данном демотиваторе:
При этом надо понимать, что понятие "армян-сервис" достаточно условное, включающее в себя все местные этнические группы, которые давно слились в единую по ментальности курортно-черноморскую нацию кавказского побережья.
А вот что упускают практически все ехидные исследователи современности, так вопрос: а почему, собственно, на побережье доминируют армяне - вдали от своих исконных земель? И где, собственно, местные автохтоны? Вот разбором этого вопроса я и займусь.
О том, что история кавказского побережья России имеет непростую историю, я услышал лет пятнадцать назад, когда приехал сюда с женой в медовый месяц, который проводили не только в неге, но и в многочисленных экскурсиях. Ряд экскурсоводов оказались весьма хороши, поэтому уже тогда давали неплохой исторический срез происходивших событий. Но историей я тогда увлекался спонтанно, поэтому сказанное отложилось в голове, но без какой-то структурности. Не удивительно, что было желание более детально изучить историю той местности, где я по волежены случая оказался снова. Впрочем, надо было от чего-то оттолкнуться. И как раз такая точка опоры оказалась в Лоо - развалины средневекового храма:
Постороен он на невысокой горе в 1,5 километрах от моря. Функционирует как действующая достопримечательность, поэтому охраняется законом и за вход берёться плата - 100 рублей. Впрочем, асфальтовой дороги там нет - к развалинам ведут горные тропинки (вполне проходимые). Сами развалины храма скрыты зарослями деревьев и кустарников и крайне живописны. Встречает вас хранитель местной достопримечательности - Виктор. Довольно бойкий дяденька, который может рассказать вам массу интересных нюансов о местной истории, но надо понимать - о чём спрашивать.
Лично мне показалось странным, что для своего размера (а для средневековой церквушки храм реально большой) - он стоит в слишком пустынной местности. Действительно, за исключением захоронений (в т.ч. и богатых) рядом с развалинами ничего выдающегося обнаружено не было. Что, в общем-то, и удивляет. Не то время, и не те возможности были у местного населения, чтобы разбрасываться такими строениями, которых к тому же на побережье не особо много.
Местный хранитель считает, что храм был кафедральный и привязан был к могиле ученика Христа Симона Канонита, который проповедовал на черноморском побережье и был казнён в 55 году н.э. в городе Никопсия. Впрочем, вопросов здесь много. Начиная от того, что византийскую Никопсию привязывают к другому географическому месту - посёлку Новомихайловский Туапсинского района, а окрестности Лоо иными развалина не кишат, да и нет для этого важного условия - удобной бухты. Во-вторых, длительные исследования экспедиции Б.Очинникова показали, что храм построен не раньше 10 века. Причём потом перестраивался в 14 веке после землетрясения. Однако потом храм снова забрасывается, а ещё позже превращается в крепость. В общем, как-то всё это не вязалось по размаху с учеником Христа. Нужно было копать дальше. Впрочем, с этим проблем не было - хранитель Виктор - дал нужное направление.
В данном случае я буду цитировать книгу В. Ворошилова "История Убыхов", которой другие прочитанные источники не противоречат.
Убыхи это как раз местные автохтоны, которых заменили условные "армяне" на побережье. И ныне этот народ растворился на туретчине, потеряв свой язык и культуру.
Так вот, если выводы археологов не врут и начало функционирования храма относится к 10 веку, то это расцвет Абхазского царства, когда территория её влияния доходила до современной Анапы:
Абхазское царство в 9-11 веках (в расширении здесь).
Нас в данном случае должен интересовать тот факт, что формально независимое государство, как, впрочем, и другие территории побережья находились под серьёзным византийским влиянием. Как экономическим, так и культурным. Именно отсюда вытекают корни православия, укрепившегося в это время, как минимум, на морском побережье. В общем, не удивительно, что 10 век - это расцвет христианства в данном регионе, а построенный храм носит следы влияния, как византийской, так и восточногрузинской строительной традиции.
В принципе, в раннем средневековье жизнь на побережье кипит, что подтвержается огромным количеством артефактов, городищ, крепостей и крепостиц. Ситуация меняется в развитом средневековье. Постоянные кочевые нашествия на Северный Кавказ, хоть и не доходят до морского побережья, но радикально меняют этнический состав окружающих территорий и направления культурного воздействия. Окончально картину закрепляют татаро-монгольские нашествия. С одной стороны, угасает культурное воздействие развитых христианских стран того времени на черноморское побережье Кавказа: от Византии до Грузии и Киевской Руси, с другой, освобождаются территории для беспроблемной экспансии горных народов на соседские территории, иногда под корень вырезанные безжалостными набегами. Черкесские народности активно и легко продвигаются на опустошённые земли северной части Главного Кавказского хребта. Судя по всему, второе восстановление храма относится именно к этому периоду, когда местные народности получили дополнительный стимул в развитии через экспансию, которая осуществляется, как тогда было принято, через ведущую религию - в данном случае православие.
Проблемы начались чуть позже. Свято место пусто не бывает и на место византийцев пришли генуэзцы. Которые хоть и были христианами, но католического розлива, поэтому первый мощный удар по православию был нанесён ими. Гибель и потеря влияния христианских держав имела ещё один нюанс - экономический. За приходом генуэзцев (а затем турок) на Кавказе последовал взрыв работорговли, которой горцы были известны с древнейших времён. Работорговля стала главной статьёй местного экспорта, формируя духовное и экономическое мировоззрение местной воинской верхушки. При этом сама верхушка потихоньку (при турках) стала принимать ислам, а население вернулась к язычеству перемешанному с христианскими традициями. Собственно, окончательно к исламу местное население обратилась в ходе долгой и кровопролитной Кавказской войны, где убыхи (автохтоны Большого Сочи) были главным ядром сопротивления горцев поступи Российской империи.
Ну, а Российская империя получила права на черноморское побережье Кавказа по результатам Адрианопольского мирного договора в 1829 году. Понятное дело, что вопрос обуздания буйных горцев южного склона Главного Кавказского хребта, недавних союзников Турции и склонных к абречеству в принципе, было дело времени. Ну, а горцы офигели от того, что их земли отошли к кому-то по результатам войны, которую они не проиграли. Вопрос стоял в том - как будет решаться проблема: мирным или военным путём?
Впрочем, об этом в следующий раз.
При этом надо понимать, что понятие "армян-сервис" достаточно условное, включающее в себя все местные этнические группы, которые давно слились в единую по ментальности курортно-черноморскую нацию кавказского побережья.
А вот что упускают практически все ехидные исследователи современности, так вопрос: а почему, собственно, на побережье доминируют армяне - вдали от своих исконных земель? И где, собственно, местные автохтоны? Вот разбором этого вопроса я и займусь.
О том, что история кавказского побережья России имеет непростую историю, я услышал лет пятнадцать назад, когда приехал сюда с женой в медовый месяц, который проводили не только в неге, но и в многочисленных экскурсиях. Ряд экскурсоводов оказались весьма хороши, поэтому уже тогда давали неплохой исторический срез происходивших событий. Но историей я тогда увлекался спонтанно, поэтому сказанное отложилось в голове, но без какой-то структурности. Не удивительно, что было желание более детально изучить историю той местности, где я по воле
Постороен он на невысокой горе в 1,5 километрах от моря. Функционирует как действующая достопримечательность, поэтому охраняется законом и за вход берёться плата - 100 рублей. Впрочем, асфальтовой дороги там нет - к развалинам ведут горные тропинки (вполне проходимые). Сами развалины храма скрыты зарослями деревьев и кустарников и крайне живописны. Встречает вас хранитель местной достопримечательности - Виктор. Довольно бойкий дяденька, который может рассказать вам массу интересных нюансов о местной истории, но надо понимать - о чём спрашивать.
Лично мне показалось странным, что для своего размера (а для средневековой церквушки храм реально большой) - он стоит в слишком пустынной местности. Действительно, за исключением захоронений (в т.ч. и богатых) рядом с развалинами ничего выдающегося обнаружено не было. Что, в общем-то, и удивляет. Не то время, и не те возможности были у местного населения, чтобы разбрасываться такими строениями, которых к тому же на побережье не особо много.
Местный хранитель считает, что храм был кафедральный и привязан был к могиле ученика Христа Симона Канонита, который проповедовал на черноморском побережье и был казнён в 55 году н.э. в городе Никопсия. Впрочем, вопросов здесь много. Начиная от того, что византийскую Никопсию привязывают к другому географическому месту - посёлку Новомихайловский Туапсинского района, а окрестности Лоо иными развалина не кишат, да и нет для этого важного условия - удобной бухты. Во-вторых, длительные исследования экспедиции Б.Очинникова показали, что храм построен не раньше 10 века. Причём потом перестраивался в 14 веке после землетрясения. Однако потом храм снова забрасывается, а ещё позже превращается в крепость. В общем, как-то всё это не вязалось по размаху с учеником Христа. Нужно было копать дальше. Впрочем, с этим проблем не было - хранитель Виктор - дал нужное направление.
В данном случае я буду цитировать книгу В. Ворошилова "История Убыхов", которой другие прочитанные источники не противоречат.
Убыхи это как раз местные автохтоны, которых заменили условные "армяне" на побережье. И ныне этот народ растворился на туретчине, потеряв свой язык и культуру.
Так вот, если выводы археологов не врут и начало функционирования храма относится к 10 веку, то это расцвет Абхазского царства, когда территория её влияния доходила до современной Анапы:
Абхазское царство в 9-11 веках (в расширении здесь).
Нас в данном случае должен интересовать тот факт, что формально независимое государство, как, впрочем, и другие территории побережья находились под серьёзным византийским влиянием. Как экономическим, так и культурным. Именно отсюда вытекают корни православия, укрепившегося в это время, как минимум, на морском побережье. В общем, не удивительно, что 10 век - это расцвет христианства в данном регионе, а построенный храм носит следы влияния, как византийской, так и восточногрузинской строительной традиции.
В принципе, в раннем средневековье жизнь на побережье кипит, что подтвержается огромным количеством артефактов, городищ, крепостей и крепостиц. Ситуация меняется в развитом средневековье. Постоянные кочевые нашествия на Северный Кавказ, хоть и не доходят до морского побережья, но радикально меняют этнический состав окружающих территорий и направления культурного воздействия. Окончально картину закрепляют татаро-монгольские нашествия. С одной стороны, угасает культурное воздействие развитых христианских стран того времени на черноморское побережье Кавказа: от Византии до Грузии и Киевской Руси, с другой, освобождаются территории для беспроблемной экспансии горных народов на соседские территории, иногда под корень вырезанные безжалостными набегами. Черкесские народности активно и легко продвигаются на опустошённые земли северной части Главного Кавказского хребта. Судя по всему, второе восстановление храма относится именно к этому периоду, когда местные народности получили дополнительный стимул в развитии через экспансию, которая осуществляется, как тогда было принято, через ведущую религию - в данном случае православие.
Проблемы начались чуть позже. Свято место пусто не бывает и на место византийцев пришли генуэзцы. Которые хоть и были христианами, но католического розлива, поэтому первый мощный удар по православию был нанесён ими. Гибель и потеря влияния христианских держав имела ещё один нюанс - экономический. За приходом генуэзцев (а затем турок) на Кавказе последовал взрыв работорговли, которой горцы были известны с древнейших времён. Работорговля стала главной статьёй местного экспорта, формируя духовное и экономическое мировоззрение местной воинской верхушки. При этом сама верхушка потихоньку (при турках) стала принимать ислам, а население вернулась к язычеству перемешанному с христианскими традициями. Собственно, окончательно к исламу местное население обратилась в ходе долгой и кровопролитной Кавказской войны, где убыхи (автохтоны Большого Сочи) были главным ядром сопротивления горцев поступи Российской империи.
Ну, а Российская империя получила права на черноморское побережье Кавказа по результатам Адрианопольского мирного договора в 1829 году. Понятное дело, что вопрос обуздания буйных горцев южного склона Главного Кавказского хребта, недавних союзников Турции и склонных к абречеству в принципе, было дело времени. Ну, а горцы офигели от того, что их земли отошли к кому-то по результатам войны, которую они не проиграли. Вопрос стоял в том - как будет решаться проблема: мирным или военным путём?
Впрочем, об этом в следующий раз.