?

Log in

No account? Create an account

"Никому не избежать битвы. Кто сражается - победит, кто бежит - падёт." Фульхерий Шартрский 11 в.

Previous Entry Share Next Entry
По следам китайских «МАОисеев».
wwold
Предыстория здесь.

1049901663131232627.jpg

Чудный китайский лубок. Но мы-то понимаем, что всё было несколько сложнее и не так красЯво.

23 мая 1951 года, с включением Тибета, состоялась сборка современного китайского государства. Так и хочется сказать, что 40 лет понадобилось китайским «МАОисеям», чтобы провести своё коммунистическое племя через тернии капиталистических пустынь в счастливую обитель народного государства.

Учитывая, что китайская революция ровесница русской, можно провести ряд аналогий. Первое, что бросается в глаза: какое важное значение имеет наличие сформированного, пускай на начальном уровне, субъекта стратегического действия – партии большевиков. Ничего подобного у китайцев не существовало и рождалось уже в процессе хаотических метаний масс. К тому же ещё более подсвечивается величие ленинской фигуры – ему в данном случае хватило нескольких лет для перезапуска государственного механизма на новых принципах функционирования. В то время, как в Китае условный «февраль» растянулся на долгие десятилетия. Верно и другое, что чем более отсталое общество, тем более долгий путь должны пройти «моисеи», чтобы вывести его в земли обетованные.

При этом становиться видно, что при всех своих национальных особенностях Китаю всё равно пришлось равняться на ведущие державы своего времени. Не только в технологическом, но и идеологическом и культурном плане. Уже тайпинское восстание показало, что для выхода из кризиса китайское общество будет использовать западные наработки с учётом местной специфики. Именно так и выглядел китайский ответ на исторические вызовы в начале 20-го века: западные идеи + национальные особенности.

Поэтому нет ничего удивительного, что в последующие после революции десятилетия страну охватила замятня, где утверждали свою жизнеспособность прозападные идеи демократии, коммунизма и фашизма, но в сугубо китайской перелицовке. Что пробивались и росли, не взирая на архаику и традиционализм, тянущие страну в болото классической китайской государственности. Ну, а набравшись сил – схлестнулись друг с другом за право распоряжаться Поднебесной.



Рисунок Диего Ривера

В отличие от России, где победа коммунистов (большевиков) носила взрывной характер (что в последующем привело к изрядной мифологизации событий) в Китае этот процесс шёл постепенно, когда количество долго набирало необходимую критическую массу для перехода в качество. Именно этот медленный рост даёт возможность нам более детально рассмотреть процессы, свойственные посткризисной самоорганизации масс.

И первое, что здесь бросается в глаза – верность утверждения, что «хороший парень – это не профессия». Одних коммунистических идеалов и теории, как бы они замечательно не ложились на кризисную реальность и общественные запросы, не достаточно для их последующего торжества. Любая идея, если она хочет править умами и делами людей – должна быть оформлена в систему, которая не только имеет кадровый костяк, но и дееспособные институты управления основополагающими процессами.  Последнее подразумевает под собой, как минимум, долгую и рутинную работу по взращиванию этих кадров и обретению ими соответствующего управленческого опыта. В общем, не удивительно, что рывку коммунистов во власть присутствовала долгая и кропотливая работа по своему совершенствованию в условиях непрекращающейся гражданской войны. Именно в беспрерывных боях и походах, терпя лишения и опасности, они сумели сформировать не только костяк талантливых и удачливых полководцев, но и гражданских администраторов, которые буквально «из говна и палки» могли создать любую инфраструктуру, включая военную. Не удивительно, что на заключительной стадии гражданской войны, именно китайские коммунисты сумели более эффективно использовать помощь Советского Союза, чем Гоминьдан от США, не смотря на превалирование последней.



Картина маслом: «Большие Поцоны взяли в свою компанию». Знакомая картинка, только без одного знакомого персонажа. Чтобы понимать суть успеха китайских коммунистов – нужно знать – они победили вопреки желанию мощнейших государств своего времени. Как говориться: если пациент не хочет умирать, то медицина здесь бессильна.

Поставки Советского Союза (разной степени обильности) так же роднят китайских коммунистов с мифом о Моисее. Всё это время Советский Союз как бы выступал в роли Яхве, который выдавал им то марксистские тексты «священные скрижали», то осуществлял финансовую помощь подкармливал манной во время продолжительного пути. В СССР ехали студенты за знаниями, подлечивались полевые командиры и скрывались семьи видных партфункционеров. СССР был тем маяком, за которым следовали в тумане неизвестности блуждающие колонны коммунистов. Не единым СССР, конечно, жило КПК, но без него, не факт, что они сумели набрать той потенциальной энергии, что позволила им столь удачно финишировать.

Заметно и то, что развитие марксизма после смерти Ленина в СССР, если не остановилось, то существенно затормозилось. В силу того, что явного преемника Ильич не оставил, в борьбе за власть схлестнулось множество группировок, чьим наступательным и оборонительным оружием были цитаты классиков, которые трактовались весьма широко, а, подчас, носили противоположный характер. Всё это приводило к абсурдной картине: если в СССР шла борьба с правым уклоном, то и оступившихся коммунистов во всём мире «песочили» за правый уклон; начинались гонения на леваков – тех же самых людей и, пожалуй, за те же самые дела «песочили» уже за левизну. При этом Мао, партизанивший в горах Цзингана и имевший трудности со связью, по большому счёту, даже не знал, что в очередной раз, по мнению старших товарищей, скатился к тому или иному уклону. Не удивительно, что марксистская теория стала заложницей борьбы за власть, когда любое отступление от высказывания почивший вождей воспринималось как отход от генеральной линии со всеми вытекающими. Где уж здесь до творческого переосмысления! Всё это приводило к тому, что марксистские прогнозы в Китае частенько накрывались «медным тазом», а теоретическая неопределенность привела к серьёзному накалу борьбы за власть уже внутри КПК.

Бессменный лидер китайских коммунистов Чэнь Дусю был снят с должности генерального секретаря партии (и с горя подался в троцкисты), а китайские коммунисты принялись азартно «резаться» друг с другом, доказывая свою, более правильную, трактовку событий согласно марксистским скрижалям. В непримиримой «дружбе» схлестнулись три условных группировки: старые ветераны партии, так сказать, отцы-основатели (Чжан Готао, Чжоу Эньлай и др.); выходцы из КУТК, получившие образование и соответствующие установки в СССР (Ван Мин, Бо Гу и т.д.) и полевые командиры, работающие непосредственно на земле (Мао, Хэ Лун). Много горестей и неприглядных страниц в истории добавило это противостояние, впрочем, со временем определившее наиболее достойную стратегию для практической реализации. Это оказались идеи крестьянской войны, которые отстаивал Мао Дзедун. И здесь мы подходим к личности вождя.

В кризисные периоды востребованность в неординарных людях возрастает, ибо большая нагрузка ложится на личность, находящуюся на острие исторического процесса. Воля, ум, удачливость – вот три составляющих успеха человека переломной эпохи. И Мао соответствовал им полностью. При этом надо понимать, что появление такого лидера - это так же процесс, как и развитие сложной системы. Должна быть причина его появления на свет и последующая рутина по восхождению наверх, где в малых победах и поражениях он может взрастить и отшлифовать свои возможности. И здесь удача является одной из главнейших составляющих. Ибо важно быть не столько умным и красивым – сколько оказаться в нужном месте в нужное время. А оказавшись – не сложить голову от шальной пули, «дружеского объятия» конкурента или иного способа досрочно покинуть землю, которыми чреваты неспокойные времена. При этом должно оставаться время «на подумать», ибо работа над ошибками требует, подчас, личного катарсиса для переосмысления проблемы.



Тот случай, когда путь на обложку журнала «Life» лежит через партизанский отряд.

Именно таким оказался Мао. Больше похожий на философа, чем партизанского командира, весьма образованный по китайским меркам, но ни разу не бывавший за границей (в силу неспособности к языкам, чего он очень стеснялся) – не только уцелел в крововороте гражданской войны, но и разработал собственное видение марксизма, приложенное к китайским реалиям. И здесь важным моментом является не то, что его марксизм носил узкий характер, а то, что у других было ещё хуже. А у тех, у кого не хуже, не хватило банального везения или умения, чтобы поставить в этих спорах свою победную точку.



На встрече с представителями американского «империализма», где те определили Мао, как антисоветского националиста с марксистской риторикой.

Побеждает не только упорный, но и гибкий. Мао в последнее десятилетие борьбы - классический образчик такого политика. Из твердолобого коммуниста, которому свойственны многочисленные перегибы, он превращается в гибкого тактика, который идёт на любые отступления от общей линии, дабы в итоге добиться стратегического перевеса. Это и есть вершина понимания марксистской диалектики в политике, которую Мао овладел ничуть не хуже Ильича.

Китайский кризис представлял из себя матрёшку, где общегосударственный кризис накладывался на кризис партийный, когда сами партии, стремящиеся перехватить рычаги управления страной, пытались разобраться: кто они и куда идут. В условиях даже не ограниченности, а дичайшего дефицита ресурсов, эти схватки по определению должны были носить ожесточённый характер. Поэтому не удивительно, что и борьба внутри коммунистической партии, и борьба Гоминьдана с ними – носили непримиримый характер: один путь, одни идеологические установки, один вождь. В этом отношении русским большевикам повезло, что на начало революции у них был признанный всеми лидер – Ленин, что перевело основной накал борьбы на внешних врагов. Зато после его смерти, все неотыгранные сценарии борьбы за власть, всплыли в Стране Советов со страшной силой. А китайским коммунистам повезло, что к последнему раунду схватки за Поднебесную КПК, под руководством Мао, представляла из себя цельный монолит, как нож в масло вошедший в рыхлый и фрагментированный Гоминьдан.

Китайская революция – одна из немногих, кто в хаосе и бардаке смутного времени, сумела обрести свою субъектность. Не в последнюю очередь из-за того, что великая китайская смута пришлась на эпоху тоталитарных войн, когда «короны дюжинами летели на мостовые», а политическая карта перерисовывалась самым причудливым образом. Будь иначе, и внешние игроки сумели, если не задавить, то поставить под контроль происходящие в стране процессы. Но Мао везло. Даже Вторая Мировая война, паровым катком прокатившаяся по судьбам людей и государств, пошла ему во благо – буквально защитив от неминуемого разгрома. Усмешкой истории выглядит тот факт, что помогли ему в этом пещерные антикоммунисты из Великой японской империи, сцепившиеся с его главным политическим оппонентом - Чан Кайши. Сложившийся междусобойчик позволил коммунистам маневрировать между двумя сильнейшими сторонами, собираясь силами для решительной схватки. И «обезьяна», наблюдающая за схваткой «тигров» с холма, в итоге победила. Что является хорошим примером мудрого политического айкидо. В противном случае порядок более высокого уровня всегда будет бить порядок более слабого уровня.

На этом я заканчиваю свой ликбез. Впрочем, история китайских «моисеев» продолжается.

Продолжение следует.


  • 1
...Первое, что бросается в глаза: какое важное значение имеет наличие сформированного, пускай на начальном уровне, субъекта стратегического действия – партии большевиков....“

В России, насколько понимаю, была своя специфика: не было сформировавшегося пролетариата. Т.е. сначала сформировалась партия, задачей которой было создать этот самый пролетариат.


«...Заметно и то, что развитие марксизма после смерти Ленина в СССР, если не остановилось, то существенно затормозилось.....»

«…..Не удивительно, что марксистская теория стала заложницей борьбы за власть, когда любое отступление от высказывания почивший вождей воспринималось как отход от генеральной линии со всеми вытекающими. Где уж здесь до творческого переосмысления! ...“

Собственно, причины здесь следует искать в самом марксизме, точнее — в исключительно материалистическом мировоззрении марксистов (в советском варианте — зачастую с самым простонародным бэкграундом)

Идеалом для марксизма (т. е. соц.-эк. теории) были законы природы, кот. работают везде и независимо от того, кто делает опыт. Т.е. угол падения равен углу отражения, и сила равняется массе помноженной на ускорение, и ток равен напряжению поделенному на сопростивление, кто бы эти замеры ни делал: хоть негр преклонных годов.
Потому и считалось, что законы Маркса будут действовать вне зависимости от человеческой воли (как говаривалось, «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно»). Т.е. я могу лежать на диване, лишь изредка почёсывая яйца, а коммунизм всё равно наступит, ибо такова историческая неизбежность.
На самом же деле законы, по кот. развивается чел. общество — вовсе не законы природы, т. к. человек может подстраивать своё поведение, влияя на тенденции. Именно поэтому было ошибкой (имхо) принимать за единственно правильную модель советский коммунизм (кот. по факту был коммунизмом русским, см. замечательную книгу Зильбермана Orthodox Ethics and the Matter of Communism «Православная этика и суть коммунизма», явно в параллель к Максу Веберу) и навязывать его Афганистану, Польше и пр.
Именно поэтому коммунизм наиболее удачно прижился (и даже сохраняется) там, где вбирал национальные черты: (типа КНДР или Кубы).
Собственно, в идеале коммунизм должен был вести себя как христианство, в котором национальное не стирается, а наоборот — обогащает идею. Но увы — начётчики от коммунизма (наши, советские, чего уж там, это всё успешно подрубили: то ли от неграмотности своей, а, может, и по умыслу нехорошему). Китайский же опыт показывает, что они от своего коммунизма тоже отдрейфовали в сторону давней китайской любви к баблу (видимо, как показателю удачливости, что отчасти роднит их с протестантами)


==В России, насколько понимаю, была своя специфика: не было сформировавшегося пролетариата. Т.е. сначала сформировалась партия, задачей которой было создать этот самый пролетариат.==

Ну, не то чтоб пролетариата не было (в крупных городах был) - в основном страна была крестьянская, как и Китай. По идее они должны были пойти по китайскому пути - через крестьянскую войну, но по факту большевики сумели организовать переворот в крупных городах, а в последующем сформировать дееспособные управленческие структуры. Что очень здорово сократило время на организацию новых форм жизнедеятельности общества.

Что касается марксизма, то, на мой взгляд, не так важно: какие у него были огрехи (придуман он всё-таки в середине 19-го века) - сколько наличие инструментария для дальнейшего развития. И он был. Сам кое-какие инструменты юзаю по-прежнему. Но развитие марксизм не получил. Это было связано с начавшейся борьбой между группировками борьбы за власть (после смерти Ильича), которые опирались на правильное прочтение марксизма (считай классиков), что как бэ и давало им пропуск на вершины властного Олимпа. В период такой борьбы, в принципе, были зачищено большинство интеллектуалов-марксистов. Пожалуй, перелицовку учения мог бы сделать Виссарионыч после Большой чистки, но там началась война, потом восстановление, а потом он уже стал стареньким и быстро помер. А к власти пришли те, кого марксизм устраивал таким, какой он есть, ибо давал право на власть здесь и сейчас.

Да не было никакого марксизма в реальности по факту, он использовался как трамплин для прихода к власти что в России, что в Китае.
У нас от него начали отходить как только Ленин умер, проживи он подольше, то был бы тот же результат, но лучше. Уже к середине 30-х мы отдрейфовали обратно к сословному обществу, где экологическую нишу попов и дворян заняли коммунистические начётчики и партакраты соответственно. Китай же уже в 70-х перешёл к неявной рыночной экономике и встраиванию в мировой рынок, как позже и Вьетнам.
Коммунизм уже к 30-м показал свою утопическую сущность массовым развалом коммун по чисто социальным причинам: внутренние склоки по типу "полярного безумия" и стратификация на работающих и делящих, но не работающих и оттоком молодёжи в города.

Не надо путать марксизм и коммунизм. Первое - это набор инструментов; второе - желаемый результат.

Тоже верно, но если результата от инструментов из раза в раз нет, то что-то с ними не так. С марксизмом понятно, что не так-игнорируется природа человека как биологического вида как минимум.
До некоторой степени марксизм-собрание представлений викторианских не самых глупых дилетантов о всём на свете. Типа того же Монтеня только через 2 века.
Принять к сведению не плохо, но носиться как со священной коровой абсурдно. Наиболее наглядно для меня было сравнить биологические знания 19 даже века и представления Энгельса-это же не более чем мнение дилелатанта обывателя, которым он и был, а не специалиста. В СССР же пытались его, разорванного на цитаты, и в мед и в пед и собственно в биологию приспособить, и выглядело всё в результате дикарски.

Поэтому на момент своего основания марксизм - это было круто, на момент Октябрьской революции - свежо. В середине 50-го века - как-то слабовато. Сейчас - ветхость. Что не умоляет учения, как вехи в обществознании, и его актуальности на начало 20-го века.

Сейчас, да, нужен, как минимум, неомарксизм.

Свежо всегда было в плане признания проблем классического капитализма и намерения что-то с ними делать. На начало 20-го века капитализм уже не был классическим, а дальше и подавно. Предлагалось бороться с тем, чего уже нет.
А основная проблема-адепты были всегда дилетантами без опыта управления(поскольку капиталистам с опытом и так хорошо живётся, левые идеи им не нужны), соответственно предлагаемые ими методы часто просто смешны, для знающих как оно на практике работает. Ну ни как не будет работать общество на хребте "от каждого по способностям-каждому по потребностям".
В результате в странах победившей революции всегда от учения уклонялись в сторону работоспособного компромисса с порицаемым. У нас сословно-феодальную империю начали косплеить, как пример.

==В результате в странах победившей революции всегда от учения уклонялись в сторону работоспособного компромисса с порицаемым. У нас сословно-феодальную империю начали косплеить, как пример.==

Здесь проблема даже не в бронзовении элит, что, конечно, имеет место. Есть ещё два момента, которые определяют общественно-экономическое развитие. Во-первых, наличие текущих средств производства, которые и будут определять текущие возможности. Во-вторых, скорость социальных изменений имеет свою скорость. И она конечна. К ряду целей можно прийти только через промежуточные этапы. Что и приводит к тому, что победившее общество после определённой перелицовки косплеит существовавшую до них систему. Переход между этапами - это тоже своеобразная революция. Кстати, именно её не захотели осуществлять позднесоветские руководители. Дабы не раскачивать лодку. Как-то так.

Разложу по полочкам

_
Все факторы указаны верно:
1.наличие текущих средств производства,
2.наличие соответствующих текущему производству людей,
3.скорость социальных изменений.
Так вот, если первый пункт можно решить продав всё зерно и закупив заводы-пароходы, как дели в РИ и СССР при индустриализации, то пункт 2 купить не выйдет. Есть тьма примеров, как урабатывали западное оборудование в 30-х, надо выращивать своих спецов. А спец-это не пролетарий, ему есть что терять и продавать, он ближе к буржуа. Т.е. получается фундаментальная несостыковка с исповедуемой идеологией-это как раз пример несоответствия идеологии режима реальности. Выход только в смене идеологии. Горби пытался, но было поздно.
Скорость социальных изменений и сама мала, и важно с какого места стартуем. СССР стартовал с самого дна, с почти пещерного сознания населения, что при наличии ошибок руководства не позволило "догнать и перегнать".
Тот же Чернобыль как раз хорошо продемонстрировал уровень сознательности управления по всей стране: на современнейшем реакторе сидели операторы, управлявшие набором температуры по экспоненциальной зависимости, как будто зависимость линейная. Зачёты и пр. они сдавали, но относились, видимо, к ним как к очередной игре в бисер от начальства, типа как к нынешним коучтренингам и тимбилдингам. Т.е. сознание людей не соответствовало уровню используемой техники. И так было и есть повсеместно.

Re: Разложу по полочкам

А кто говорил, что создавать Нового человека это просто? И, к слову, никто этой задачи не отменял.

Re: Разложу по полочкам

> Тот же Чернобыль как раз хорошо продемонстрировал уровень сознательности управления по всей стране

Проблема Чернобыля как мне кажется, в том, что йодную яму и обратную связь с разгоном операторам преподавали по теории, без показа практики. Ну понятно, почему. А теория из мозгов быстро вымывается текучкой.
Мы сейчас и сами преподавали довольно тривиальные вещи и уже получили письмо с возражениями "этого нет", хотя на занятиях об этом было :) Как столкнутся сами, скажут "ну да, было". А до этого цигель-цигель, пятница, ребёнок, жене на платье, ешё и по магазинам. Какую тут яму упомнишь?

Допетровская дичь

_
В Европе столетиями феодальное мышление выколачивали, а у нас только в 20-ом веке принялись, и как результат дикое несоответствие техники и сознания операторов.
Если кандидаты и доктора верят в шестоднев, и прочую астрологию, то о чём можно говорить. Кстати очень многие из них не способны решить простейшую пропорцию, нужную для разведения растворов, например, а это 4-5 класс. И конечно отношения человек-человек у нас феодальные, почему те же ЦКП в росинститутах невозможны. Их сотрудники и начальство воспринимают свою работу не как часть общеинститутской, а как узкое горлышко, через которое должны пролезть подмаслив другие лабы. Как результат ходить на поклон никто не хочет и накупают приборы себе, которые запускают по разу в месяц. А это выходит адски дорого и невоспроизводимо.

Re: Допетровская дичь

Ну замкнутость отделов, нежелание узнавать, что там у соседей, и желание сбагрить работу на другого мне заметна и у коммерсантов, начиная с размера областной конторы :)
Совещания такие забавные выходят, слушаю и всё сдерживаю себя, чтобы не ржать :) Хотя это и печально в плане развития :-/

  • 1