?

Log in

No account? Create an account

"Никому не избежать битвы. Кто сражается - победит, кто бежит - падёт." Фульхерий Шартрский 11 в.

Previous Entry Share Flag Next Entry
«Моисеи» иных времён: Великий поход китайских коммунистов-9.
wwold
Начало 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 и 8.



Следующий раунд активизации борьбы случился в 1944 году. Собственно, с декабря 1941 года география Второй мировой войны существенно расширилась, и китайский фронт окончательно перешёл в разряд «избушки лесника», за которую никто не хотел класть жизни миллионов солдат. Однако именно неудачи Японии на Тихоокеанском фронте поставили её перед фактом смены стратегии. Было решено сделать материковый Китай опорной базой для японской сухопутной армии, что подразумевало необходимость сломать организованное сопротивление.

В апреле 1944 года началась операция «Ити-Го», когда 50 тысяч японских военнослужащих начали наступление в провинции Хэнань. Не смотря на существенное превосходство в силах (около 400 тысяч человек) гоминдановские войска под командованием Тан Эньбао стали в беспорядке отступать, сдав противнику Чжэнчжоу и Лоян. К тому же под японцев полностью легла железная дорога Пекин – Ханькоу.

На этом японцы не остановились. В конце мая 280 тысячная армия начала наступление в Хунани вдоль железной дороги Учан – Гуанчжоу. Не смотря на поддержку американской 14-ой воздушной армии, Гоминьдан не удержал фронт и здесь.  В течении июля – декабря 1944 года (время окончания «Ити-Го») китайцы потеряли столицу Хунани – г. Чанши, столицу Гуанси – г. Гунлинь, около миллиона солдат и офицеров, 10 авиабаз и 36 крупных аэродромов, почти все крупные железные дороги и 2 миллиона квадратных километров территории, где проживало 60 млн. населения.

Всё до боли напоминало японские блицкриги конца 30-х, что показывало - полуразложившийся Гоминьдан абсолютно не готов к ведению активных боевых действий. К тому же, не смотря на кризис, его полумиллионная группировка была связана блокировкой Пограничного района. А вот коммунисты, наоборот, вздохнули свободней. Для создания ударных группировок японцы были вынуждены снизить давление на Освобождённые районы, что позволило партизанам под шумок вернуть себе утраченные ранее позиции. И в то же время они не особо беспокоили японцев, позволяя тем беспрепятственно заниматься центральным и южным Китаем. В общем, такое негласное прекращение огня.

При этом Гоминьдан, получив по сусалам, сразу возобновил переговоры с КПК сначала в Сиане, затем в Чунцине, где Чан Кайши снова потребовал от коммунистов полного подчинения. Те естественно отказались, выставив в ответ свои требования: ликвидация однопартийной диктатуры, созыв Учредительного собрания всекитайской политической конференции и объединение верховного командования. Что любопытно – эти требования были поддержаны даже национальной буржуазией из Демократической лиги, чей съезд проходил в это время.

Одновременно с этим активизировались американцы -им для успешного действия авиации требовались площадки под аэродромы в Северном Китае, которые контролировали коммунисты. Что совпало со сменой их внешней доктрины. Мао решил, что из текущей войны СССР выйдет обескровленным и уже не сможет оказывать китайским коммунистам должной поддержки, поэтому благосклонно отнеслись к пожеланию империалистов установить с ними более тесный контакт. Чему так же способствовало принятие партией новодемократических установок.

В июне в Яньань прибыла специальная дипломатическая миссия «Дикси» во главе с полковником Д. Барретом (считай армия США). В переговорах с ним Мао заявил, что «что американская дружба и помощь важнее, чем русская», после чего американцы сделали вывод: китайские коммунисты это, скорее, антисоветские националисты с марксистской риторикой. О как! Привлекательно было и то, что Мао Дзедун благосклонно смотрел на присутствие американского контингента в Китае, чему особенно противился Чан Кайши.



Патрик Хёрли (в центре) на переговорах с коммунистами.

Конфетка была вкусная, поэтому 7 ноября (как символично!) в Яньань прибыл американский посол, личный специальный представитель Ф. Рузвельта и бывший министр обороны П. Хёрли, с которым Чжоу Эньлай подписал коммюнике из пяти пунктов о создании коалиционного правительства и объединённого командования.

Гоминьдану пришлось шевелиться в ответ. Идею коалиционного правительства они решительно отвергли, затеяв реорганизацию собственного. Закончилось всё, правда, перетасовкой министерских портфелей, но здесь японское наступление выдохлось, и Гоминьдан с чистой совестью послал этих неудобных коммунистов нах. Да, и у американцев к этому времени победила антикоммунистическая стратегия, которая теперь делала ставку исключительно на Чан Кайши.

Впрочем, благоприятного перелома в сражениях пока не происходило. Не смотря на все трудности, с которыми столкнулась Японская империя в конце 1944 года (вторжение англо-американских войск на Филиппины и поражения в Бирме), командующий экспедиционным корпусом Ясудзи Окамура был уверен, что победа на его стороне. И, действительно, в начале января 1945 года он продолжил наступательные действия.

В январе-феврале японская армия заняла обширные районы в прибрежных провинциях между Уханью и Французским Индокитаем, включая 3 авиабазы 14-й армии. В марте-апреле было организовано ещё одно «рисовое» наступление в центральном Китае, где были захвачены две авиабазы (Лаохотоу и Лаохэкоу). Однако, 5 апреля, выполняя договорённости, достигнутые на Ялтинской конференции (о вступлении в войну с Японией по истечении 3-х месяцев после победы над Германией), СССР в одностороннем порядке вышел из Акта о Ненападении. Ясудзи Окамура был вынужден остановить наступление и стал перебрасывать силы на северный берег реки Хуанхэ.



Чем не преминули воспользоваться гоминдановские войска, перерезав кишку к Индокитаю. Можно было констатировать факт, что на гоминдановском фронте японская армия перешла к обороне. Пассивная стратегия коммунистов, которые не мешали переброски японских войск даже по тем коммуникациям, которые проходили по их территориям, так же закончилась закономерно. Перегруппировав свои силы японские войска и коллаборационисты опять огнём и мечом прошлись по их вотчинам.

С поражением Германии Япония сдаваться не собиралась. Была объявлена доктрина «столетней войны за империю», где континентальному Китаю отводилась особая роль. Считалось, что собранная здесь группировка войск сможет сопротивляться даже после захвата, собственно, Японских островов. Основания для этого имелись. К августу 1945 года японская армия насчитывала 7,5 млн. человек, в т.ч. в сухопутной – 5,5 млн. В Китае к этому времени находилось 2 млн. военнослужащих, из них около 700 тыс. в Квантунской армии.

Американские аналитики считали, что война может затянуться до 1948 года, а основные боевые действия планировали на 46-47 года. Впрочем, их китайские союзники были настроены несколько иначе. К этому моменту ненавидели они друг друга так сильно, что кушать не могли прошедшие почти одновременно съезды партий (VII у КПК и VI у Гоминьдана) принял резолюцию на продолжение гражданской войны.



Однако все планы спутал СССР, 8 августа объявивший о присоединении к Постдамской конференции, а 9-го начавший широкомасштабную операцию в северо-восточном Китае, на Сахалине, а так же десантные операции на Курильских островах. 10 августа в войну с Японией вступила МНР. 20 августа советские войска освободили Харбин, Шэньян, Цзилинь, Чаньчунь, а 23 – Порт-Артур. Наиболее боеспособная Квантунская армия прекратила своё существование. В конце августа американцы высадились на Японских островах – положение империи стало безвыходным. 2 сентября 1945 года в Токийском заливе, на борту линкора Миссури, представителями США, Англии, СССР, Франции и Япония была подписан акт о капитуляции японских вооружённых сил. А 9 сентября Хэ Инцинь представитель Китая и Союзного командования принял капитуляцию от экспедиционного корпуса генерала Окамура Ясудзи.

Неожиданно на первое место в повестке дня вышло противостояние КПК и Гоминьдана.

Впрочем, об этом в следующий раз.


  • 1
  • 1