?

Log in

No account? Create an account

"Никому не избежать битвы. Кто сражается - победит, кто бежит - падёт." Фульхерий Шартрский 11 в.

Previous Entry Share Next Entry
Вместо рецензии: Железный поток (книга vs фильма vs книги).
wwold
Предыстория Начало 1, 2, 3, 4, 5.



Книга А. Серафимовича «Железный поток» 1924 года попалась мне в нежном отрочестве, когда мальцом в 10-12 лет я шарил по книжным полкам родственников в поисках «чего такого ещё почитать». Просто сказать, что книга меня захватила, значит – не сказать ничего. Я буквально провалился в неё, словно бы прошагав вместе с бойцами Ковтюха/Кожуха по пыльным дорогам степи и прибрежного тракта, вместе с ними наливаясь неумолимой и сокрушительной силой, преодолевающей всё на своём пути. Да, и современное прочтение, отнюдь, не разочаровало. Простой, но яркий и образный язык. И по-прежнему неумолимое, всё превозмогающее движение вперёд. Блестящий пример революционного муви-роуда, который к тому же вскрывал большинство противоречий той сложной эпохи: анархию, сложности самоорганизации масс, в конце-концов жестокость. Ибо какова эпоха – такие и герои. И чем больше сложностей надо преодолеть – тем больше им честь и хвала.

Увы, в позднем СССР революция и гражданская война превратились в лубок, что делает просмотр этих картин грамотным современным зрителем крайне скучным. Таким, например, является фильм «Железный поток» 1967 года.



Классический пример, как можно выхолостить из первоисточника драму, превратив эпическое повествование в набор невнятных сцен. Сценаристы убрали из книги все острые моменты, заменив на свои, которые, однако, вызывают только недоумение. А Кожух/Ковтюх превратился в благожелательного «бойскаута», который разве что с Белыми на «Вы» не разговаривает. При этом ему во внутренние оппоненты всунули офицера из Бывших, который при всей своей интеллигентности – падок на всякие мерзости. Например, одобрил разграбление магазинов в Туапсе, хотя в книге эта сцена носила не только более жёсткий, но и логический характер, хотя и не была лишена юмора. Так один из бойцов вместо порванных в хлам портков натягивал на себя женские панталоны, которые он до этого ни разу не видел, поэтому ругался на непривычную конструкцию. В общем, толкнула его на это дело ни страсть к женскому нижнему белью (как подумали излишне просвещённые читатели), а банальное отсутствие одежды. Ну, а когда в сцене, которая как бы должна венчать пик надрыва трёхсуточного перехода голодной массы людей, протопал упитанный боец – смотреть расхотелось совсем.

А ведь в книге поднимался и вопрос взаимоотношения с Бывшими. Это ведь драма, когда высококвалифицированных людей выбрасывали из жизни на основании сословных предрассудков. Даже Кожух крестьянского происхождения, но получивший офицерский чин на фронтах Первой мировой попадает под каток народного гнева в случае малейшей осечки. А в условиях постреволюционного хаоса выход у народного возмущения один – смерть. И это тоже неотъемлемый бэкграунд того времени.

Тоже самое и с описание революционной жестокости, которая во многом диктовалась целесообразностью. В книге Кожух отдаёт приказ пленных при штурме Туапсе не брать. Жестоко?  Да! Но что с ними делать в условиях сверхэкстремального марша Таманской армии? Взять с собой нельзя, отпустить? Так грузины в данном случае представляли из себя захватчиков (к тому же голодающих), которые, думается, даже безоружные не стали бы сахаром для местного населения. При этом Серафимович чётко показал, какое внимание уделялось борьбе с мародёрством и грабежом мирного населения. В общем, всё в меру. При этом, читая книгу, нутром понимаешь целесообразность тех или иных решений. При этом широко разлитое в книге насилие не вызывает такое же в жизни. Прочитав её, я, например, не пошёл вешать кошек или мучить щенят, принимая их за белогвардейские исчадия. Жестокое время – жестокая логика. И слава богу, что оно прошло. Это чётко понимаешь при прочтении книги.

Не менее любопытна и хорошо дополняет литературное произведение книга самого Е.Ковтюха «Железный поток в военном изложении» 1935 года.



Тоже во многом прямолинейная книга, хорошо вскрывающая бэграунд того времени с его хаосом, анархией и неразберихой, где и приходилось действовать этим необычным в своей стойкости людям. В общем, встречается много прекрасного. От несколько иной орфографии, например, «итти» вместо «идти», «жолудь» вместо «жёлудя» до специфических моментов свойственных уже середине 30-х. Например, раздражённый анархизмом черноморских матросов, которые присоединились к его колонне в Новороссийске, Ковтюх сказал, что в их среде было много кулацких элементов(!!!) Видно, как широко этот термин трактовался в 30-х годах. Это уже не классический сельский спекулянт, а любой несознательный гражданин, который своими вольными и невольными действиями приносит вред советской власти.

Одобряет Ковтюх, сам сгинувший во времена «Большой чистки», и революционное насилие, направленное против краскомов. Расстрелял Сорокин Матвеева? Так правильно сделал, ибо тот не выполнил приказ, не поддержал революционную дисциплину. Расстреляли Сорокина (к слову его уже подчинённые) – то же правильно сделали, ибо тот стал на путь контрреволюции. Интересно, как с этой точки зрения он воспринял свой арест в 37?

В общем, если вы хотите окунуться в непростую атмосферу тех годов читайте Серафимовича и Ковтюха, но ни в коем случае не смотрите фильм. Ибо беззубость советской идеологии в это время стала притчей во языцех. Приглаживая и лакируя реальность, Советская власть как бы начала стыдится своего бурного и неумытого прошлого. Хотя, казалось бы, чего здесь такого – чем больше трудности, тем больше респект и уважуха за их преодоление. Наоборот, упрощение событий революции и гражданской войны, их подача в качестве лубка сыграло свою злую службу, когда на волне гласности и перестройки стали вскрываться действительное положение дел и маховик идеологии качнулся в противоположную сторону. Чем и воспользовались многочисленные враги страны, ибо целились в Коммунизм, а попали в Россию.

В общем, пришло время вернуть колесо истории на своё место.


  • 1
Классика: хорошая книжка - отстойный фильм

-/в их среде было много кулацких элементов(!!!)

а почему нет?
если папа-мама - кулаки, и сыночек в кулацком хозяйстве рос
на флот ведь старались, кто пограмотней брать, и крестьянская голытьба была на последнем по надобности месте

Ну, вообще-то, матросы были подвержены анархизму, что несколько отличается от классического кулачества.

-/матросы были подвержены анархизму, что несколько отличается от классического кулачества.

О_О
классический кулак - это махровый анархист, потому как при любой власти он - сельское быдло, а без любой власти - царь и бог на селе

классика жи

"мужицкие мыслишки о том, что никакой этой панской сволочной реформы не нужно, а нужна та вечная, чаемая мужицкая реформа:
– Вся земля мужикам.
– Каждому по 100 десятин.
– Чтобы никаких помещиков и духу не было.
– И чтобы на каждые эти 100 десятин верная гербовая бумага с печатью – во владение вечное, наследственное, от деда к отцу, от отца к сыну, к внуку и так далее.
– Чтобы никакая шпана из Города не приезжала требовать хлеб. Хлеб мужицкий, никому его не дадим, что сами не съедим, закопаем в землю.
– Чтобы из Города привозили керосин." (с)

Ну, это тогда было общее упивание свободами. Тогда все чудили в меру своей испорченности, за что пришлось заплатить кровью.

дык
но судя по лозунгам крестьян в дореволюционное время, постреволюционное упивание свободами их хотелок ничуть не изменило

Одно дело хотелки, другое дело, возможность применить силу для их реализации. А так, да, ничего лишнего не хотели - только не бывает "всё хорошее - без всго плохого".

-/Одно дело хотелки, другое дело, возможность применить силу для их реализации

ну так с этого и началось обсуждение :)

"в их среде было много кулацких элементов(!!!)" (с)

не с применения силы, но с занятия позиции

Всё равно это всё подходит под слишком широкое определение кулака. Которое, как показывает практика, так же широко и практиковалось в 30-х.

-/это всё подходит под слишком широкое определение кулака

сын кулака с кулацким мировозрением - это слишком широкое определение?
но как Холмс?

Кулак это сельский ростовщик. Не слишком ли вы много сельских ростовщиков находите в постцарской России?

-/Не слишком ли вы много сельских ростовщиков находите в постцарской России?

не слишком
для "среди черноморских матросов, много кулацких элементов(!!!)"

"только в Севастополе на кораблях и в крепости находилось 2294 офицера и 25028 матросов и солдат"
и это на 180 млн населения из которых 86% крестьян


А откуда классика?.. очень знакомо, но все никак не могу вспомнить.

Булгаков жи :)

Спасибо большое за весь цикл статей.

-Не менее любопытна и хорошо дополняет литературное произведение книга самого Е.Кофтюха «Железный поток в военном изложении» 1935 года.

Более чем :).

А кино... Ну как могли в романтичных 60-х...

Ну, хотя бы Драму оставили бы. Голод там, враги наседают, а патронов нэма. В общем, халтура.

С письмами на людях? В советском беззубом кино?

В общем, конечно, в 60-е могли снять о ГВ неплохо... Но не всегда.

==В общем, конечно, в 60-е могли снять о ГВ неплохо... Но не всегда.==

По сему и ругаю. Причём, мне кажется, что не обязательно делать фильм дословным (цензура бы не пропустила) - там всё-таки и приключенческая жилка могла вытянуть.

Хе.
Помню когда читал, все думал - надо бы расстрелять Матвеева за такие подставы сражающихся собратьев. оказывается - награда таки нашла героя...
Сделаю в пони-дельник репост на весь тэг, надо приобщать обчественность к хорошему и познавательному.

==Помню когда читал, все думал - надо бы расстрелять Матвеева за такие подставы сражающихся собратьев. оказывается - награда таки нашла героя...==

Ну, у Матвеева, по-крайней мере, был начштаба Батурин, который умел его направить в нужное русло. Не везде было такое удачное разделение труда. Да, и остальные колонны он вывел, пусть и по свободной дороге, но, надо думать, со своими проблемами.

А вот Ковтюх усекновение Матвеева одобрил. ЧТо тоже намекает.

==Сделаю в пони-дельник репост на весь тэг, надо приобщать обчественность к хорошему и познавательному.==

Пусть будет так.

к вопросу о кино

Из книга Сандалова "Пережитое".
Епифан Иович Ковтюх широко был известен всему советскому народу по замечательной книге А. Серафимовича «Железный поток» (там он выведен под именем Кожуха). Но когда военная судьба свела меня с ним вплотную, я неожиданно обнаружил, что оригинал сильно отличается от портрета. Ковтюх оказался очень интеллигентным, широко образованным человеком с артистической внешностью и манерами. Остроумный собеседник, он при первом же знакомстве покорял всех своим обаянием. Правда, те, кто знали его продолжительное время, постепенно приходили к выводу, что Епифан Иович несколько избалован своей популярностью. По-видимому, этот вывод был правильным. Но самому Ковтюху страстно хотелось стать еще популярнее, и ради этого он решался иной раз на самые рискованные эксперименты. Помню, как одно время многие вдруг начала подмечать странные перемены в поведении Е. И. Ковтюха. Он стал хмурым, неразговорчивым, а если и говорил, то нарочито нелитературным языком, пересыпая [35] свою речь украинскими словами. Я не удержался и спросил его, чем это объясняется.
— Вы видели кинокартину «Чапаев»? — ответил Ковтюх вопросом на возрос.
— Кто же ее не видел?! Только не понимаю, к чему вы клоните.
— Сейчас объясню, — оживился Ковтюх. — Мы готовим киносценарий для картины, которая будет называться «Железный поток», а возможно, просто «Кожух».
Я согласился, что по талантливой книге Серафимовича можно написать прекрасный сценарий. А если еще привлечь хороших артистов и опытного режиссера, картина может получиться замечательная.
— Артист уже есть, — сказал Ковтюх и с несколько смущенным видом признался: — Я уже давно мечтаю сам сыграть роль Кожуха. Представляете, какая это будет сенсация: герой гражданской войны Кожух не литературный персонаж, его настоящая фамилия Ковтюх, он жив-здоров и в картине снимается.
Я хотел было возразить против этой странной затеи, но Епифан Иович перебил меня:
— Подвиги, какие совершил Чапаев в гражданскую войну, совершали и другие командиры, причем у некоторых подвиги были значительнее чапаевских. Чапаев стал известен всему миру не потому, что он лучше всех, и даже не из-за того, что появилась книга Фурманова, хотя Фурманов первый создал этот прекрасный образ. Славу Чапаеву принес кинофильм. Одновременно кинофильм сделал знаменитым и артиста Бабочкина. Играй Бабочкин хоть пятьдесят лет в столичном театре и будь еще в десять раз талантливее, его, кроме москвичей, мало кто знал бы. У нас есть очень талантливые артисты и в Художественном. и в Малом театрах, но если они не [36] снимались в кинокартинах, ставших популярными, имена их остаются неизвестными широким массам...
В дальнейшем Ковтюх при встречах со мной неоднократно возвращался к разговору о постановке кинокартины с его личным участием и даже читал мне отрывки из сценария. Я не помню, кто был автором этого сценария и принимал ли участие в его разработке Серафимович. Мне известно только, что некоторые эпизоды, включенные в сценарий, были написаны по личным воспоминаниям Ковтюха. В книге Серафимовича этих эпизодов нет.

Re: к вопросу о кино

Ну, в 37 году ему объяснили, кто в стране, действительно, герой, а кто - нет...

В реальности видно, что Ковтюх занимался освещением истории этого похода. Даже пару книг выпустил. Вполне возможно, что это и в самом деле было чисто человеческое тщеславие, а, возможно, дань должному. В силу обстоятельств таманцы почти все погибли и не сформировали свою армейскую группу, как иные герои Гражданской войны. Думается, Ковтюху это было в некоторой степени обидно. Сколько здесь личного тщеславия, а сколько отдания памяти павшим товарищам - мне сказать трудно.

"Увы, в позднем СССР революция и гражданская война превратились в лубок, что делает просмотр этих картин грамотным современным зрителем крайне скучным. "

А ведь это закономерно. Любая идеология со временем бронзовеет и превращается в набор догм. В СССР, надо думать, были свои особенности этого процесса. Например, вот эти самые лихие пострелушки в "контру" и прочих инакомыслящих в период гражданской войны в итоге полностью унифицировали официальную общественную мысль. Все самостоятельно думающие были загнаны в андеграунд, а значит и в оппозицию, а наверх пробивались либо фанатики, либо лицемеры, готовые колебаться с линией партии.

Перерождение советского общества ещё одна сложная и интересная тема, которая ждёт своего вдумчивого исследователя.

  • 1