wwold (wwold) wrote,
wwold
wwold

Categories:

Другое время, другая история: оборона Царицына.



Понять события прошлого много сложнее в том плане, что окружающая обстановка, психология и бытиё основных действующих персонажей слишком сильно отличается от дня текущего. В этом плане довольно-таки быстро теряются современные понятия эффективности (впрочем, итак размытые деятельностью «эффективных» менеджеров).
Почему победили большевики? Была ли их политика эффективной и единственно возможной? Чтобы это понять – нужно окунуться в круговорот событий той кровавой эпохи.

В принципе, уже говорилось, что для среднего человека эпоха революций и гражданская война в России – это мифологизированная «терра инкогнито». Чему пример – отсутствие значимых современных трудов на эту, казалось бы, животрепещущую тематику. Это либо классические труды советского времени (с присущими им недостатками), либо постперестроечные работы идеологических антагонистов с теми же проблемами.

Итак, лето 1918 года. Изначальное победное шествие Советской власти закончилось, и начался обратный процесс. Не будем сейчас вникать в подробности политико-экономических раскладов, достаточно понимать, что под относительно надёжным контролем большевиков остались центральные районы страны со всеми вытекающими плюсами и минусами. Из минусов было то, что хлебные губернии располагались южнее в зоне действия Добровольческой армии Деникина и неспокойных казачьих станиц. В этом случае удержание путей на Царицын становилось задачей жизни и смерти. Ибо на юге хлеб, и что тоже немаловажно – нефть.

Впрочем, положение тяжёлое, но не безнадёжное, ибо контрреволюционные мятежи и восстания ещё только разгораются, а по всей территории страны разбросаны районы подконтрольные местным Советам. Что, правда, не означает их прямой подконтрольности Москве. Напомню, что строительство советского государства ещё только начало своё шествие, поэтому властная иерархия не утверждена делом, а установка Советской власти на местах очень часто дело инициативных товарищей весьма разной политической окраски, с разным понимаем текущих и стратегических задач, да, что там говорить, очень часто банальных властолюбцев и авантюристов. В итоге наблюдается бардак, который в силу возможностей пытаются разгрести в Москве. Поэтому участие в разворачивающейся драме приняли и войска Северо-Кавказской советской республики и эвакуирующиеся подразделения Криворожско-донецкой армии.

Например, довольно-таки быстро проявилось противостояние Троцкого, как главнокомандующего всеми революционными силами и Совнаркомом. Понятное дело, что появление «красного бонапарта» никто не желал, поэтому деятельность сотоварищей Льва Давидовича пытались ограничить расширением зоны ответственности ВЧК. Что, учитывая активное использование Троцким военспецов из бывших, внесло свои корректировки в происходящее.



А.Е.Снесарев – один из участников царицынского противостояния.

А пока 2 мая 1918 года командовать Северо-кавказским военным округом в Царицын отправляют генерала А.Е. Снесарева. Это был представитель элиты военного сословия. Выпускник академии Генерального Штаба, учёный-востоковед и бесстрашный боевой генерал. Большевики сразу берут его на персональный учёт по категории «А», и Снесарев работает в комиссии по улучшению быта учёных ЦЕКУБУ. В общем, не коммунист, но доверие ему оказывают. В итоге на новую работу Снесарев явился… при полной форме, с погонами генерал-лейтенанта. На удивлённые вопросы комиссаров отвечал, что его пока никто не разжаловал. А что делать-то – надо работать. И вот здесь сказывается непонимание Снесарева сути происходящих событий и, соответственно, действий, которых нужно предпринимать. Он довольно верно уловил текущую обстановку и пишет толковые приказы. Но… их никто не торопиться выполнять. Хулi в стране во всю процветает революционная свобода, командиров выбирают на местах, а некоторые выбирают сами себя, а здесь какой-то старорежимный генерал вздумал командовать. Впрочем, в такой ситуации частенько не справлялся и партийный авторитет. Ибо Москва далеко, а на местах командир себе сам «и царь, и бог, и герой». Здесь включался иной механизм управления, которым царские генералы, привыкшие к строгой военной иерархии, были не обучены. Требовалась харизма, личный пример и ручное управление. Последнее есть явный фактор того, что система находится в глубоком кризисе, что властная вертикаль нарушена, а от руководителя требует незаурядных способностей. Таковыми были большевики, но никак не военспецы из бывших. Впрочем, ещё лучше работала связка авторитетный большевик – военспец. Например, Фрунзе сработался с бывшим комкором Ф.Ф.Новицким, составив очень дееспособную в рамках гражданской войны управленческую ячейку.

Но Снесареву в этом отношении не повезло. В Царицын для решения хлебного вопроса был направлен молодой нарком по делам национальностей Сталин, который сошёлся по душам с дерзким и энергичным луганским рабочим Климом Ворошиловым. Именно Царицын стал началом их возвышения. В итоге возник очаг противоречия. Видный по своему статусу, но не военной должности большевик Сталин против малого по статусу, но старшего по должности военспеца Снесарева (так как к военным вопросам Сталин изначально допущен не был).

Одним из вариантов такого сложившегося положения было то, что военная косточка Снесарев не смог преодолеть сословные предрассудки, чётко очерчивая границы между собой и выскочками из простонародья. К слову сменивший его бывший полковник П.А.Славен сумел подобрать ключик к ершистому Ворошилову и у них сложился вполне себе адекватные отношения. И всё за счёт того, что Славен сумел преодолеть сословное отчуждение, что не для всех военспецов оказалось возможным (при неоспоримых прочих их заслугах и умениях). Здесь надо заметить, что по делу «Весна» Снесарев, сделавший блестящую карьеру в СССР как учёный-востоковед, попал за георгиевские чаепития. Когда георгиевские кавалеры собирались при царских орденах у него в гостях, что как бы явствовало собой продолжением традиции. При этом советские ордена, а многие военные состояли на службе в РККА, не приветствовались. Ну, и надо думать, что разговоры между собой велись вольные, где было за что зацепиться следакам из ОГПУ. В общем, упёртый был человек. Сословный. В хорошем и плохом смысле этого слова. И опять же к слову - Снесарев арест в 30-м пережил и умер в 37 году по болезни. Хотя надо понимать, что если бы не болезнь, то вряд ли бы тоже пережил.



А тем временем ситуация на фронте ухудшается. Ещё в мае восставшие белочехи захватили Сызрань, а потом и Самару, значительно осложнив логистику вдоль волжских путей. С 10 июня казаки начали действовать на поворинской железной дороге, периодически прерывая связь с Москвой. А с 25 июня войска Добровольческой армии захватили станцию Торговая и Великокняжескую, отрезав от Царицына Кубань. В это время на Кубани находилась будущая 11-я красная армия, которая представляла их себя существенную силу. Сейчас, зная подробности, представляется актуальным отвод её в сторону Царицына, сокращение коммуникаций и тому подобные своевременные действия. Однако надо понимать, что тогдашние армии комплектовались в основном по территориальному принципу, поэтому красноармейцы из кубанцев и таманцев не желали покидать родные места, что и послужило залогом будущих трагедий.

Тем не менее, в конце июля было предпринято ответное наступление центральным царинцынским и сальским боевыми участками, которые позволили освободить Калач (где были взяты существенные трофеи), Зимовники и Куберле, а 5 августа деблокировать трёхтысячный отряд красного ополчения более месяца оборонявшийся в слободке Мартыновка. Впрочем, практически сразу фронт качнулся в обратном направлении. Сначала на северном участке, а 8 августа группа Мамонтова нанесла контрудар из-за Дона и снова захватила Калач, а 15 вышли на подступы к Царицыну.

Одновременно с этим 10 августа случился кульминационный момент в установке власти группы Сталина в Царицыне – были арестованы и направлены в Москву военспецы Носович (начальник штаба), Ковалевский (начальник мобилизационного управления) и ряд других представителей. Создаётся, увы, не редкая картина по гражданской войне. Враг рвётся к стратегической цели, а красное руководство сводит счёты с военспецами из бывших. Но и здесь есть нюанс. Именно Носович и Ковалевский как оказалось документально доказано - работали на белых. Правда, эта их деятельность коснулась другого участка боевых действий, но, понятное дело, что ничего не мешало им так поступить и в царицынский период. Обладая послезнанием можно констатировать, что Снесарев оказался чист, а его начштаба (которого назначал не он) – нет. Как здесь надо было поступать Сталину с сотоварищами? Какую эффективную стратегию выработать по военспецам – безусловно, полезным, но не всегда идеологически верным специалистам? При этом Троцкий активно борется с арестами военспецов контрразведывательными органами ВЧК. Ибо, во-первых, очень часто мешают работать. А, во-вторых, это подкоп под его креатур, а значит – власть, что тоже спускать в внутрипартийной борьбе нельзя.

Примерно же в это время (7 июля) в Екатеринодаре произошло объединение всех северокавказских советов в Северо-Кавказскую республику. В её ЦИК вошли 44 большевика и 29 левых эсеров (ага-ага раскаты 6 июля ещё не докатились до далёкой провинции). В это время Добровольческая армия убедившись, что царицынское направление прикрывают снабжаемые немцами донцы предприняли наступление вдоль железной дороги на станцию Тихорецкую. Проблемой красных была в том, что львиная доля их боевых частей сдерживала немцев на Ростовском фронте, поэтому выделись значимых сил против этого наступления банально не могли. Ага-ага, вот такие вот Белые патриоты без страха и упрёка. Огоньку добавил командующий Кубанской армией Сорокин, который отказал главкому Калнину в помощи, посчитав, что сам сможет организовать удар «добровольцам» во фланг. Не получилось. В итоге Белые захватывают Тихорецкую, где находился штаб главкома, весь подвижной запас, три бронепоезда, 10 орудий, а главное – снаряды, которых так не хватало Красным. Калнин после этого просит сложить с себя полномочия и назначить на своё место – Сорокина. Делать нечего – его просьбу удовлетворяют.

Итак Северо-Кавказская республика в окружении врагов, запасы потеряны, а снабжения нет. 13 грузовиков с патронами, которые привёз Жлоба погоды не делают. Вывод один – прорываться к Царицыну для объединения сил – решение, к которому независимо друг от друга пришли оба командующих. Правда, при этом наладить какое-то более чёткое взаимодействие стороны не удосужились. Тем не менее, привезённый Жлобой приказ СКВО от 22 августа (считай от Сталина и Ворошилова) о переходе к Царицыну выполнен не был. Хуясе такой красивый и модный Сорокин будет выполнять приказ равного по рангу!? А что мужик задумал, то и сделал. То есть – забил на него. Да, и члены северокавказского ЦИК были против. Ещё раз вспомним территориальную привязку членов СКР. В итоге на объединение ушёл один Жлоба. Фронт он Белым не открыл, ибо его подразделения итак были выведены с линии соприкосновения, однако, положение Республики, безусловно, ухудшил.

18 сентября Жлоба отправляет в Царицын описание ситуации в СКР. Сталин и Ворошилов хватаются за голову, но в итоге посылают знаменитый приказ №118 от 24 сентября о том, что назначают Сорокина командующим восками СКР и приказывают нанести удар вдоль Маныча в сторону Батайска, ожидая, что он вызовет давление во фланг донцов. И Сорокин подчиняется, спешно организовывая новое наступление. Казалось бы, субординация восстановилась. Сталин и Ворошилов отправляют новый приказ №120 о движении Жлобы на Царицын (ибо донцы давят), но проблема была в том, что все эти решения Сталин и Ко протащили в обход Сытина, который с 18 сентября был утверждён командующим Южным фронтом. Последний от такого самоуправства стаёт на дыбы, пишет кляузы по всем инстанциям, после чего приказ №118 был отменён вышестоящей инстанцией. В это время Жлоба активно воюет, но так как успешно продвигается в сторону Царицына - Сорокин и Реввоенсовет Красной Армии Северного Кавказа объявляет Жлобу вне закона. Тем не менее, он движется в сторону Царицына и успевает в самый последний момент, спасая город, нанеся удар в тыл осаждающим у Сарепты и Тингуты. Такой расклад с точки зрения классической управленческой логики довольно сложно комментировать. Но слов из песни не выкинешь – так было.



В это время Сорокин запланировал наступление на Ставрополь. Чему снова воспротивились таманцы и кубанцы, желающие наступать поближе к дому, т.е. на Екатеринодар, а если не удастся, то к Астрахани. Желая убедить в своей правоте Сорокина к нему в Пятигорск прибыли командиры Белореченского участка Кочергин и Матвеев - командующий Таманской армии, только что вышедшей из своего знаменитого похода (описанный в «Железном потоке» Серафимовича). Однако Сорокин решил, что пора поддержать дисциплину, поэтому Матвеева расстрелял, а Кочергина отдал по трибунал. Последнего спас от расправы руководитель Пятигорской ЧК Власов, которого, впрочем, за это в последствии Сорокин так же расстрелял.

Такие действия против высших командиров, которые всего лишь хотели убелить в правоте своих планов главкома - привели к новому расколу в руководстве республики, которое стало искать повод снять Сорокина с должности. Тем не менее, наступление началось удачно, изрядно поломав планы Белых, а Ставрополь был взят 28 октября. Однако в разгар наступления Сорокин сделал новый шаг, расстреляв четверых руководителей республики. Что вызвало созыв Внеочередного Черезвычайного съезда  Советов Северного Кавказа, который перенесли из сорокинского Пятигорска в Невинномысскую, где поставили уже самого Сорокина вне закона, как он до этого Жлобу. Узнав об этом решении, оторванный от армии Сорокин спешно покидает Пятигорск, но отправляется не в Невинномысскую, а в Ставрополь – только что захваченный Таманской армии. Необдуманное решение, ибо бойцы этой армии не простили расстрел Матвеева, поэтому там Сорокин был арестован и убит в тюрьме без суда и следствия. Заслужено? Вполне. Но надо понимать, что наступление армии, лишённой руководства затормозилось, после чего покатилось обратно. Ставрополь был снова сдан, а разложившаяся армия покатилась через Калмыцкие степи к Астрахани, будучи полностью небоеспособной из-за свирепствовавшего тифа.

 Впрочем, и октябрьское наступление на Царицын было отбито в силу того, что командование Донской армии побежало сразу за несколькими зайцами. Одновременно с успехами в центре и на правом фланге Белые нащупали слабое место между 9-й и 10-й армии на левом, поэтому часть сил бросили на Камышинское направление. В итоге, когда положение Красных на юге Царицына стало критическим – у Белых банально не хватило сил, чтобы закрепить успех. В то время как контролирующие железную дорогу, Красные могли оперативно перебрасывать резервы на угрожаемый участок.

Вот вам краткое описание одного из узловых, но в чём-то обычных раскладов гражданкой войны в России. Попробуйте в данном нагромождении событий, которые к тому же развивались с дикой скоростью, выбрать эффективную методику управления. Доверять или не доверять военспецам? Что делать с «красными бонапартами» местного и центрального разлива? Какие решения предпринять прежде всего? На чём сконцентрировать внимание? На армии, боеприпасах или продовольствии?

Понятное дело, что большинство персонажей в данном случае действовало интуитивно, на свой страх и риск и, конечно же, в меру своей испорченности. Тем не менее, победили большевики. В нужном месте и в нужное время оказались именно те люди, которые смогли уловить основные моменты складывающейся оперативной обстановки и принять те шаги, которые оказались наиболее эффективные для достижения полученного результата. Это люди эпохи фазового перехода, которые умеют действовать в зоне хаоса, выстраивая из него новую структуру. И сами по себе такие люди не появляются. Их надо было извлечь из дремлющей народной массы, обучить и дать в руки такую идеологию, чья неукротимая энергия сумела бы справиться с гигантской энтропией распада страны.

Кто хочет познакомиться детально – сюда.
Tags: Гражданская война, История, Россия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments