Рецензия: А.Неменко «Черноморский флот в годы войны 1941-1945».

Книга Александра Неменко «Черноморский флот в годы войны 1941-1945» созвучна размышлениям А. Платонова с его книгой «Борьба за господство на Чёрном море». Обе они рассматривают непростой период в жизни страны и флота, обе критично смотрят на тактику и стратегию применения Черноморского военно-морского флота СССР. Где-то они идут «ноздря в ноздрю», где-то дополняют друг друга. Например, у Платонова мало места уделено организации морских десантов (что всегда ставилось флоту в заслугу), а Неменко подробно рассматривает их проведение.

В целом, оба автора критично относятся к бравурному официозу, выявляя многочисленные (если не сказать преступные огрехи) в военно-морском строительстве. Некоторые из них носят ситуационный характер, другие – стабильно-традиционный.

Например, любопытная история произошла с эсминцами 7 серии. Их прототипом стал эскадренный миноносец типа «Маэстрале» итальянского производства. Чья проектная документация была выкуплена Советским Союзом. Это был отличный корабль с очень добротными ТТХ. За одним исключением. Его высокие характеристики были основаны за счёт максимального снижения запаса прочности. Он прекрасно подходил для мирного времени, но его эксплуатационные характеристики здорово подкачали в ходе войны, когда этот тип эсминцев жестоко страдал от штормов и показывал малую живучесть во время неизбежного воздействия противника.

Так что мистральщина и ошибки в проектировании техники вполне себе присутствовала и в сталинское время.

Впрочем, это те ошибки – от которых никто не застрахован. В конце-концов Советский Союз приобрёл или скопировал много иностранных образцов вооружений, чьи «потомки» в последующем воспринимались как исконное детище советского ВПК. Намного сложнее дело обстояло с таким явлением, которое можно назвать бюрократизацией флота.

Дело в том, что помимо других очень важных моментов, сопутствующих быстрому росту рабоче-крестьянской армии и флота, существует такой фактор армии военного и мирного времени. Первая построена на делократических принципах, поощряя способных и инициативных командиров, вторая действует по принципу: как бы чего не вышло и активно отпихивает от себя ответственность. И, увы, без ведения, собственно, боевых действий армия не может качественно переключаться с одного типа функционирования на другой.

Для военно-морского флота это характерно вдвойне. На тот момент это вершина военных технологий. Дорогая в производстве и обслуживании техника, критичная к квалификации персонала. Более того, квалификацию последний получал только после активного обучения на этой технике, что приводило к её досрочному износу, да к тому же не гарантировало безаварийное существование. Любой промах или неудачное стечение обстоятельств могли привести к выходу из строя большого корабля, которые были на флоте в считанных количествах, а государству был бы нанесён огромный экономический и моральный ущерб. Кому ж охота рисковать своей карьерой, а в то непростое время и шкурой?

Эсминец «Фрунзе» (бывший «Смелый») отличился тем, что потопил подводную лодку. Увы, на учениях и свою. Что ж бывает и такое. Тяжело в учении - легко в бою. Хуже другое, когда после таких инцидентов предпочитают забыть про учения.

К сожалению, период 1930-1934г.г. ознаменовался рядом аварий на кораблях. Сказывался приток слабо обученных кадров на боевые корабли, вызванный увеличением численности флота. Кроме того, на флот пришло достаточно много "командиров-комиссаров", уровень подготовки которых далеко не соответствовал современному уровню. Это не замедлило сказаться. Так, к примеру, 8 июня 1931 г. во время учений в районе Севастополя "Фрунзе" протаранил и потопил подводную лодку "Металлист" (бывшая АГ-21). В 1933-м произошло столкновение "Профинтерна" и "Красного Кавказа". 28 августа 1934 года на "Л-4" произошла авария, приведшая к человеческим жертвам. Лодка шла в подводном положении, когда из-за неправильной системы вентиляции аккумуляторных ям во втором отсеке произошел взрыв гремучего газа. Пять человек при этом погибло, еще одиннадцать получили ранения. В момент аварии на "Л-4" находилось 78 человек, и только умелые действия командира корабля предотвратили более серьезные последствия.

  Командование флота принимает самое "мудрое", в этих условиях, решение: на боевых кораблях резко сокращается количество выходов в море. "Дружественные визиты" почти прекращаются, большое количество кораблей встает на ремонт и модернизацию. Флот, получив большое количество кораблей, столкнулся со сложной задачей поддержания их и их экипажей в боеготовности. Флот перешел в другую стадию он даже своим существованием стал сдерживающим фактором. На Черном море он был сильнейшим. Оставался только риск входа через Босфор эскадры одного из ведущих империалистических государств. Но эта угроза была далекой и гипотетической. Большие (и дорогие) корабли всегда привлекали и адмиралов, и тех, кто их строил. (Без обид, это объективная ситуация, существовавшая во все времена). Первым они добавляли престижа, вторым приносили вполне материальные блага.

В общем, отработка боевого применения флота та ещё работа. Мало того, что команды должны были освоить свои специальности на местах, потом отточить их во время выхода корабля в море, но и этого было недостаточно. Флот должен был освоить действия в совокупности сил и средств. Что могло подразумевать только одно: учения, учения, учения. На которые, заметим, не всегда хватало ресурсов, ибо это дорогое удовольствие. Всё это приводило к бюрократизации флота со всеми вытекающими отсюда последствиями. Когда сложилась парадоксальная ситуация: своим наличие ЧФ уже обладал сдерживающим фактором, но в реальной боевой обстановке не смог воспользоваться своим численным и техническим преимуществом.

В общем, в книге дан хороший обзор неготовности Черноморского флота к боевым действиям. Особенно в организационном плане. Но это полбеды. Как показала практика РККА повсеместно была не готова к современной организации боя – за что и расплатилась катастрофическими поражениями, но в итоге смогла переломить ситуацию в свою сторону, став законодателем мод в маневренной войне завершающего периода. У флота такого перелома не случилось в силу ряда обстоятельств. И не в последнюю очередь сложившейся практикой вымывания толковых командиров и управленцев с командных должностей.

Возьмём две операции. Снабжение и эвакуация Одессы и Севастополя. Понятное дело, что везде были свои нюансы, но организация работы уж больно сильно отличается. При этом Одесса была задолго до Севастополя, и по идее тот должен был использовать наработанный опыт и практику. А случилось всё наоборот. В чём дело? А потому что кадры решают если не всё, то многое.

Левченко Гордей Иванович – именно ему Одесса обязана своей успешной обороной.

Успешной обороне Одессы способствовал ряд факторов. Это не только более слабые с военной точки зрения румынские сателлиты Вермахта, но и наличие в качестве организатора обороны Заместителя наркома ВМФ СССР Левченко Г.И., который своей властью устранил бюрократические перегородки между армией и флотом, наладив толковое снабжение Одессы, а в последующем вполне себе образцовую эвакуацию. Впрочем, в дальнейшем Гордею Ивановичу не повезло: моряк был назначен командующими сухопутными войсками Крыма в период, когда противопоставить противнику, собственно, ничего было нельзя.

Не менее любопытна судьба контр-адмирала Вдовиченко Дмитрия Даниловича.

В оборону Одессы флот включился после пинка сверху:

3 августа Наркомвоенмор Н.Г.Кузнецов издал директиву N 402ш "О возможности использования кораблей ЧФ в обороне Одессы". Директивой наркома была поставлена была поставлена задача сформировать отряд кораблей, с подчинением его командиру Одесской базы (и базированием частично в Очакове). Он получил наименование "отряд кораблей северо-западного района". Приказом командующего флотом от 5 августа был утвержден состав отряда. В его составе числилось флотское "старье":

  -"крейсер" "Коминтерн",

  -старые эсминцы "Шаумян" и "Незаможник",

  -бригада торпедных катеров,

  -дивизион старых канонерских лодок, ("Красная Армения", "Красная Грузия", "Красный Аджаристан", "Красная Абхазия")

  -4-й и 5-й дивизионы мобилизованных тральщиков,

  -10-й дивизион мобилизованных сторожевых кораблей

  - отряд морских охотников (бывшие катера Морпогранохраны НКВД),

  Командиром отряда был назначен контр-адмирал Вдовиченко. До сих пор эта фамилия не встречалась в тексте. Более того, в советской литературе это имя замалчивается, и сведений об этом человеке минимум.

В общем, за основной флот, прятавшийся от возможных налётов вражеской авиации в Севастополе и Новороссийске отдувалось всё корабельное старьё. И вполне успешно. Потери, конечно, были, но вполне сопоставимые с имеющимися целями и задачами. И как вы думаете: поощрили Вдовиченко? Он, после расформирования его "отряда" был направлен ... командиром морской стрелковой бригады! На Карельский фронт! Приказ об этом назначении был подписан командующим ЧФ. Офуеть какое оригинальное решение. Правда, зная жёсткий и прямой характер Дмитрия Даниловича при его квалификации и опыте, это назначение смотрится совсем иначе.

В общем, бюрократ на войне, успешный в политических игрищах, не менее страшен, чем вражеские орды. При этом он вполне себе может быть искренне любить свою страну и переживать за её неудачи. Но исправить себя он не может, а за его бюрократичность, увы, приходится платить большую цену.

В итоге войну на Чёрном море заканчивал «москитный» флот из многочисленных тральщиков, морских охотников и мобилизованных рыбацких сейнеров. Именно они взяли на себя основную тяжесть последующих морских десантов, рубились с всё возрастающей мощью Кригсмарине и её союзников, гибли под бомбами вражеской авиации. Заплатив за это многими жизнями моряков-краснофлотцев.

В общем, очень поучительная история. Погибшим – память, но и про печальный опыт забывать нельзя.