Страна Праворуких автомобилей-14: О милой провинциальности народов дальней имперской окраины.

Это, наверное, будет последний пост о стране Праворуких автомобилей, сиречь острове Сахалин. Осталось у меня пяток занятных фотографий, которые, имею желание, выложить.

Гламур добрался и до Сахалина.По большому счёту, если отбросить московские понты и блестяшки, то суть оного не поменяется.

Как вы уже догадались: вопреки опасениям креаклов, что жизни за МКАДом нет, даже с гламуром на Сахалине всё ОК. Собственно, сам Южно-Сахалинск ничем особо не отличается от областного центра средней руки. Ну, а сельская местность и в центре России, с точки зрения либерального создания, помесь инопланетных пейзажей и медведей с балалайками. Поэтому за пределами Южно-Сахалинска (в провинции его зовут просто Южный) начинается деревня. Которая не прикидывается ничем иным, чем и является, а посему воспринимается вполне адекватно. По большому счёту, люди там простые и незатейливые, напрочь лишённые цивилизованной хитрожопости. В классических районных центров типа Смирных и Тымовское мы банально отдыхали, общаясь с местным народонаселением.

На Сахалине даже узбекская кухня состоит из суши с крабами.

Ситуация меняется, когда подъезжаешь к Ногликам. Дальше идут нефтяные районы, поэтому у людей появляются амбиции. Нет, деревня никуда не делась, а вот гламур появляется. Мы их так и называли: гламурная деревня. И люди встречаются соответствующие крабовым суши узбекской кухни.

В других местах можно было увидеть чисто местную экзотику: «кальмаров из мяса крабов» к пивасику.

А такой подход к дизайну вызвал бы ажиотаж у креативной общественности.

При этом народонаселение сельской местности обладает весьма своеобразной сметкой, которая весьма озадачивает изощрённый цивилизацией ум. Например, дизайн одного санузла в Поронайске вызвал у нас лютый приступ туалетной йоги в попытках разобраться с местной сантехникой. Нормальный половозрелый мужчина с материка, ну, никак не помещается в данной локации. В итоге, сломленные неудачей, пришлось сбежать на другую квартиру.

Эту фото я назвал: дама с камельями. И не важно, что «камелья» под 16 кг, да и дама совсем наоборот. Тем не менее, этот способ ограничения передвижения для четвероного друга вполне себе работает.

Здесь надо заметить, что этнический облик сахалинцев достаточно разнообразный. В определённый советский период этот остров был популярен у хохлов широкого разлива в погоне за длинным рублём. Сейчас они, конечно, обрусели, поэтому какой-то западенщины там не увидишь. Вплоть до того, что все уверяют, что они с Донбасса. Не менее, обширным был процент этнических корейцев, которые делятся на две части. Первых можно назвать местными, которые живут уже давно и обрусели, вторые гастарбайтеры из страны победившего чучхе, которые приносят разнообразие в таджико-кавказскую закваску. В итоге на улице можно увидеть довольно любопытные хохлушечно-корейские смеси, задающие тон этнической экзотике.

Коренный национальностей – нифхов и айнов очень мало. Вторых активно прореживали и ассимилировали японцы, первых изначально было не много. Кстати, если посмотреть на карту острова, то по названиям видно, где хозяйничали цивилизованные японцы, а где русские варвары. На японской территории этнических посёлков и названий не осталось. Они были чисто японские, поэтому в 45 году были заменены на русские. Соответственно, в русской зоне ответственности всё это присутствует в должной мере: есть и поселения и названия (например, Онор или тот же Чир-Унвд).

Я и вождь нифхов.

На фотографии глава поселения нифхов Чир-Унвд на фоне инсталляции, посвящённой протесту местной общественности супротив вырубки леса. Впрочем, милейшая Наталья Юрьевна (имена у аборигенов все посконные) не является классическим нифхским типажом.

Вот как примерно выглядели чистокровные аборигены, описанные этнографом Брониславом Осиповичом Пилсудским (утыряно здесь). Эдакие северные монголы. Поэтому председательша с предыдущего фото, скорее всего, полукровка, но, тем не менее, её облик показателен в качестве образца этнического разнообразия. При этом коренные жители очень низкорослые. В принципе, в сельской местности очень много низких людей вполне русского облика. Реально под полтора метра есть. Это как раз особенности рыбной диеты. Можно много говорить о её полезности, но не вымахивают на ней люди под гренадёрский стандарт.

Ну, и, напоследок, вернусь я к гастарбайтерной экзотике. Как я уже говорил, конкуренцию российской классике составляют северокорейцы, которые выезжают на заработки дружными коллективами под контролем людей из органов. Живут общинами скученно и скромно, но рады и этому. Поэтому в вечерней маршрутке вы встретите такой этнический состав: треть русские, треть «таджики», треть корейцы, которые возвращаются с работы домой. Понятное дело, что конкуренты друг друга недолюбливают. Был свидетелем следующего разговора в маршрутке. Водитель кореец (на плохом русском) сделал замечание «таджику», где заметил, что чурка с горного аула мог бы научиться правилам поведения в маршрутке. На что «таджик» (примерно, на таком же русском) заметил, что много ли чурки пиzдоглазые понимают в управлении транспортного средства, поэтому попросил заткнуться. В общем, я был фраппирован диалогом, а местные чо – привыкли.

К слову, в 90-е у местных корейцев начались приступы национализма. Потом приехали тоже россияне с Кавказа и Средней Азии, и теперь корейцы снова любят русских. Вот что значит иметь наглядное сравнение перед глазами.

В общем, такой мне запомнилась эта удалённая окраина империи.