Уроки Новороссии-1: Новая идентификация.
Ервандыч назвал бы этот процесс более торжественно, например, Войной за Смыслы. Что, в целом, соответствует действительности. Но сначала эта Идентификация/Смыслы должна была проявиться.
В принципе, кризис на Украине, спустя 23 года после развала СССР, возник не случайно. Два десятка лет это срок смены поколений. В большую жизнь вышли те, кто не только не помнит СССР, но и родились уже в новых государственных образованиях. Соответственно, ни плохих, ни хороших сторон социалистического прошлого они не знали, сформировавшись полностью в новом идеологическом дискурсе. Как бы пришло время решать: как жить стране дальше. Точнее великоукрская элита предлагала только одну безальтернативу – радостно слиться в свидомом экстазе. Вот только ошибочка вышла: кто-то должен был оплачивать банкет, поэтому крайними выставили русскоговорящее население юго-востока. Типа, радостей свидомизма не понимают, а посему не жалко. И Украина взорвалась.
При этом надо понимать, что в годы Нэзалэжности какой-то особой идеологии русским юго-востока не предлагалось. Местные олигархи, чьей электоральной базой они были, хоть и играли в популистские игры, но основной задачей видели: выжимания из подопечных ещё немножко денюшки для себя любимых. Россия же, как правопреемница Русского мира в игры с русским национализмом не играла (скорее наоборот), да и, в принципе, долгое время вела крайне невразумительную внешнюю политику, которую очень часто путала с обычной экономикой. В общем, для Украины данный кризис был чистой воды эксперимент: куда поплывёт вновьиспечённые государственные образования.
Как того и следовало ожидать, в отсутствие некой сложной идеологической оснастки, народные массы возвращаются к базовым принципам. Среди которых один из важнейших - национальная идентификация. Русский язык, русская культура, русская история - это каркас любой вменяемой объединяющей идеологии на постсоветском пространстве. Причин для этого много. Хотя бы понимание того, что именно русским удалось создать на этих неблагоприятных евразийских просторах свою уникальную цивилизацию, а все альтернативы, в т.ч. явленные в последние два десятка лет, убоги и нежизнеспособны. Желающие могут ещё раз взглянуть на украинскую альтернативу Русскому миру.
Второй точкой идентификации, а во многих случаях и первой – война против общего врага. Укрохохлов называют фашистами, хотя с теоретической точки зрения это не совсем верно. Новая Украина страна радикального неолиберализма, использующая нацистскую идеологию. Причём, прежде всего для того, чтобы свою нацию и обобрать. Но понятие «фашист» в постсоветской ойкумене обозначает не политический термин, а образ сильного и безжалостного врага, победить которого можно только в тотальной войне. Хохлы это фашисты, которые бросили вызов Русскому миру. Чем не повод объединится?
Поэтому в ополчение вполне себе комфортно существуют люди разной идеологической принадлежности. И коммунисты, и националисты, и монархисты. И за исключением Сути Времени никто так остро идеологический вопрос не поднимал. Так как по приоритетам война против общего врага всегда важнее других идеологических разногласий.
«Back to USSR».
Изучая лидеров гражданской войны на Украине, понимаешь, что в бой пошло последнее советское поколение, рождённое в 70-х годах. Те, кто застали Советский Союз, но в силу возраста не могли принимать деятельное участие в его крушении. Теперь рождённые в СССР, но обкатавшиеся в лихой круговерти дикого капитализма 90-х и не заплывшие жиром в тучные нулевые – эти люди используют свой последний шанс, чтобы заново переписать историю. В 70-х родились Гиркин/Стрелков, Болотов, Мозговой, Бородай, Ярош, Ляшко, Яценюк.
Не менее любопытен и возраст ополченцев, который, по словам очевидцев, доминирует от 35 и выше. Это и есть бунт последнего советского поколения против предлагаемого сегодня варианта радикального неолиберализма под личиной нацистского свидомитства. Впрочем, это грустное сопротивление, так как будущее за молодостью. Но здесь сказывается много факторов (сейчас в ополчение не берут младше 25 лет): демографическая яма, которая для Украины выглядела более остро, чем даже для России. Во-вторых, молодёжь была более падка на новые идеологические установки: в конце-концов она родилась уже на независимой Украине и другой не знало. Ну, и конечно, поколение хипстеров и креаклов, которое ничего не видит дальше своих айфонов.
Отношение к Советскому Союзу у них более чем разное. И если свидомые относятся к нему резко негативно, а антисоветизма входит в их идеологическую программу, то противоположный лагерь видит свою преемственность с былой державой. Не зря первым делом великоукры принялись разрушать памятники Ленину, а граждане юго-востока их защищать. Причём для большинства последних он вряд ли был кумиром, тем не менее, произошла отчётливая идентификация их с советским наследием.
Конечно, среди ополченцев есть добровольцы левых взглядов (а злые языки поговаривают и о целых подразделениях), но думается, что так же как и с Лениным - красный флаг олицетворяет не столько продуманные идеологические выкладки, а былой символ победы над фашизмом. Это флаг победителей, поэтому его с большим удовольствием используют ополченцы.
Над Саур-могилой реет созвездие флагов победителей.
В общем, советская символика вполне себе аутентично смотрится на просторах Донбассщины.
При этом это сочетается с серьёзным провалом, собственно, левых сил в новороссийских делах. Серьёзные общественные организации не смогли воспользоваться той потенцией, что дал кризис текущей украинской политико-экономической модели. Что, в общем, ещё раз констатировало факт, что официальные левые больше ценят стабильную кормушку системной оппозиции, чем перспективу лидерства угнетённых масс, а несистемные партии и движения не обладают должным ресурсом для движа. Это совершенно не касается единичных членов и отдельных групп, которые активно участвовали в антифашистском движение и как добровольцы, и как поставщики гуманитарки (например, я с коллегами по этому вопросу предпочитаю сотрудничать именно с прокоммунистическим КЦПН). Конечно, в последнее время активизировалось движение «Сути времени», которое, впрочем, начало со скандала, но сейчас, по сути, единственное существенное левое объединение, которое активно на данном направление. Правда, по своему склочному характеру занимается не столько консолидацией левых сил, а их разобщением.
Вывод из этого простой: любая современная русская идеология не может быть успешной без ощущения преемственности к советскому периоду. Другое дело, что отсутствие серьёзного присутствия структурированных левых общественных движений и организаций показывает, что уважение к советскому периоду носит не столько программный характер по внедрению, собственно, былой советской практики, а встроенную в народную идентификацию консервативную составляющую, где смешивается гордость за былые победы своих предков и представление о социализме – как справедливо устроенном человеческом общежитии. В общем, советскость у нас в крови, но это и не панацея от всех бед. Для левых партий и движений это звоночек о том, что их современная идеология и практика не удовлетворяет требованиям широких масс, что, как минимум, говорит о серьёзной работе над ошибками. Которые, увы, за последние двадцать лет толком проведена не была.
В этом плане очень интересно выглядит всплеск Белой идеи на полях сражения в Новороссии.