June 27th, 2017

«Моисеи» иных времён: Великий поход китайских коммунистов-2.

Начало здесь.



Кривая численности населения Китая в XVII-XIX веках (реконструкция Чжоу Юаньхнэ). Скачкообразный рост показателей численности населения в 1740-х и 1770-х годах объясняется улучшением учета. Падение показателей 1810-х и 1820-х годах объясняется отсутствием учета в областях, охваченных восстаниями (отсель).

Не смотря на то, что восстание тайпинов, няньдзюней (факельщиков) и других активных участников крестьянской войны не привело к смене существующей династии, тем не менее, способствовало снижению демографического давления на землю, так как в беспрерывных боях и походах полегли, прежде всего, безземельные нищеброды, которые и составляли основной костяк взрывоопасного элемента в стране. Оценки демографических потерь за тот период разняться у разных исследователей от 50 до 118 миллионов человек. Последняя цифра делает тайпинский конфликт одним из самых кровавых в истории человечества, затмевая собой ужасы и Первой, и Второй мировой войны. Впрочем, для циклической китайской истории такие демографические потери привычны, приводившие к выпилке до 70 процентов населения в периоды междинастических кризисов. Так это или иначе, но вопрос перенаселённости Китая на некоторое время был снят. Однако, ненадолго. Уже к началу 20-го века численность населения вернулась к докризисному уровню, что означало новый виток проблем. Было ли к ним готово Цинская империя? Ответ – отрицательный.

Конечно, ряд её представителей вполне отчётливо понимал необходимость серьёзных изменений в государственном устройстве, но, в целом, косность и невежество правящей верхушки не позволяли эти начинания доводить до ума. Даже насущая реформа в армии (после поражения в Японо-китайской войне 1894/95 годов) - дала противоположные результаты. В 1895 году на базе Учебного корпуса под руководством Юань Шикая были организованы Новые войска (со временем объединившие под собой Бэйянскую группировку), сформированные и обученные по европейскому образцу. Они располагались в столице и сопредельных провинциях, что, по разумению цинской аристократии, должно было обеспечивать надёжную защиту против бунтовщиков. Вместо этого усилилось влияние самого Юань Шикая (что сыграет в последующем свою роль), а офицерский и генеральский корпус был сформирован в основном из китайцев-хань, чья лояльность вызывала сомнения. В итоге, Юань Шикая власть была вынуждена отправить в отставку, а в противовес была создана Южная (Наньянская) армия, которая, впрочем, оказалась ещё более антиманьчжурская, чем её северный оппонент. Однако на этом проблемы не закончились, так как в оппозицию к власти стали вставать старые союзники - высшее китайское чиновничество (шэньши). Терзаемое финансовыми неурядицами после ихэтуаньского кризиса (боксёрского восстания) и нуждающаяся в огромных средствах на перевооружение армии Цинская империя залезла в вотчину провинциальных бюрократов – сбор местных налогов. Что разрушало негласный общественный договор и толкало чиновников в лагерь оппозиции, который оформился весьма забавно. Дело в том, что в это время, как гром среди ясного неба, прозвучала победа японского оружия над русским в войне 1904/05 годов, которая не только тешила азиатское самолюбие (оказывается и «западных варваров» можно побеждать силой), но и натолкнул китайских интеллектуалов на мысль, что причиной тому было наличие конституции у японской монархии в отличие от варварского русского абсолютизма. После этого даже косная китайская бюрократия резко записалось в конституционалисты и выступила оппозицией к маньчжурской династии. Понятное дело, что после этого оставалось лишь ждать случая, чтобы Цинская империя посыпалась как карточный домик.
Collapse )