March 22nd, 2014

Интервью луганских партизан.

В инете проскочил ролик с брутальными луганскими партизанами. Серьёзные мужчины на фоне икебаны из пуляюще-шмаляющего арсенала. Мне подумалось, что либо фейк, либо провокация, так как подобного развития я нигде по Украине не встечал. Поэтому не постил и не комментировал. Тем не менее, вот статья журналистов "Комсомольской правды", которые сумели взять у ребят интервью.
В общем, на мой взгляд, крайне любопытный расклад получается. Была бы провокация - вариантов применить её по делу - более чем достаточно. Однако разговор пока идёт пока о мирном разрешении кофликта, что для провокаторов как-то не уместно. Изучайте сами:

Несколько дней назад, в интернете появился видеоролик - обращение «Объединенной народной дружины Донецкой, Луганской и Харьковской областей». Нам, работавшим последние десять лет в Чечне и Дагестане, это видео, чисто по картинке, напомнило одно из бесчисленных обращений амиров и моджахедов «Велайата Кавказ». Плащ-палатка вместо фона, и три крепких мужчины в масках, с оружием в руках. Для усиления эффекта, в кадре выставлена целая икебана из стволов и гранатометов – как подтверждение серьезности намерений.

Человек в маске, в отличие от амиров-ваххабитов, прочитал на хорошем русском языке, грамотный и даже отчасти литературный текст. Говорил вещи правильные, здравые. Но, в сочетании с декорациями, арестами юго-восточных активистов, упертости местной «киевской» власти и бездны панических слухов, от этого обращения стыла кровь в жилах – нормальная реакция зрителя на ледяное дыхание просыпающейся Гражданской войны.

«Мы никогда не признаем правительство, пришедшее к власти незаконным путем, под лозунгами фашизма. В данный момент, в каждом городе Юго-Востока существует подразделение самообороны, контролируемое единым объединенным штабом. Численность этих подразделений во много раз превосходит численность вашей наспех сформированной армии. Мы не потерпим никакой Национальной гвардии, и ваших боевиков никогда не будет на нашей земле. Мы знаем все места дислокации ваших групп и контролируем их передвижение. Заявляем, что любые действия, вторжения, аресты и угрозы в адрес Юго-Востока, будут расцениваться, как объявление войны. Предлагаем вам, в кратчайшие сроки, вывести военную технику и бандформирования с наших территорий. Подумайте о том, что мы, на нашей земле, а вы здесь чужие».

Оценивая этот ролик, мы оказались в некотором морально-нравственном и логическом тупике. С одной стороны, мы насмотрелись своими глазами, лично, на новую киевскую власть. Наслушались их людоедских лозунгов. И мы прекрасно понимали, что для Киева сохранение в орбите бандеровской власти мятежного, русского Юго-Востока, это вопрос выживания для крысы, загнанной в угол. И появление партизанских отрядов на Юго-Востоке - единственная здравая реакция населения, инстинкт самосохранения. С другой стороны мы понимали – первый выстрел, первый взрыв, диверсия, бой и все покатится кувырком под горку, в кровавую трясину дремавшей межэтнической — русско-украинской — междоусобицы. Была малая надежда, что обращение – инсценировка.

Мы пытались разыскать участников этой съемки, расспрашивая о партизанах в палаточном городке на центральной площади Луганска. Здесь под российскими флагами собираются противники киевских властей. Однако люди лишь пожимали плечами. Пока в одном из ближайших кафе «Два гуся» к нам не подошли двое молодых людей: «Вы интересовались людьми из обращения? Мы за вами наблюдали и узнали вас. Вот этого — по российскому телевидению видели», - кивнули они на коллегу с телеканала Россия 24. Затем, через Интернет, пробили и журналистов «Комсомолки», после чего предложили ехать за их стареньким грязным «Фольксвагеном». Машина долго петляла по городу, выехала на загородную трассу, через несколько десятков километров свернула на проселочную дорогу, перешедшую в лесную грунтовку. Остановились на опушке, когда уже стемнело. К нам вышел человек в маске, в котором мы без труда узнали того, кто на видео стоял справа от спикера. Те же швы на балаклаве, те же перчатки, то же тяжелое дыхание. В кармане у незнакомца заработала рация: «Все чисто, все чисто». Это был сигнал к началу интервью.

Collapse )