December 9th, 2013

Манделизм головного мозга.

Смерть несгибаемого борца с апартеидом вспенила просторы интернета. Мнение об этом политическом деятеле бытуют разные: от восхищённого у левых до пренебрежительного у правых (и не только). Безусловно, как человек с железной волей, борющийся за свои идеи и убеждения, Мандела заслуживается всяческого уважения. Другое дело, а что у него получилось из всего этого. ЮАР любопытен тем, что это своеобразное зеркало тех демографических процессов, которые происходят в разных странах. Это уменьшение численности населения в развитых (белых) странах и замена его на афро-азиатских иммигрантов. Так как и наша необъятная хвора этим недугом – интересно: что же получилось в итоге у юаровцев.

Как и многие страны постколониального мира – ЮАР страна искусственного происхождения, где перемешано всё и вся. От остальной Африки её отличает тот факт, что, собственно, африканеров уже можно отнести к автохтонам на части территорий. Дело в том, что исконные обитатели бушмены и готтентоты были или уничтожены, или вытеснены в другие малопригодные территории обитания. В связи со своей малочисленностью они не в состоянии предъявить права на дедовы наделы. «Стоп-стоп, – скажет внимательный читатель, - а как же чернокожее большинство страны?» Дело в том, что народности банту на части территорий были такими же переселенцами на земли бушменов и готтентотов, как и европейцы. Так что это разборки, собственно говоря, между «понаехавшими».

Красные - чернокожие, зеленоватые – цветные, жёлтые – белые, фиолетовые – неопределённые. Есть ещё синие – азиаты, но они практически нигде не доминируют.

Вкрапление белых на чёрных территориях – это осколки бурских государств (Оранжевое свободное государство и Трансвааль). В целом, по карте видно, что у бушменов и готтентотов успели отжать белые, а что – чернокожие. Конечно же, современные негры начали отжимать автохтонов пораньше белых колонизаторов, но для проигравших хрен редьки не слаще.

Collapse )

Про буров...

Здесь некоторые товарищи радовались, что ихние чернокожие братья отомстили за несвободу проклятым юаровским капиталистам. Есть только один нюанс, который они по своей безграмотности простоте душевной забывают. Современные капиталисты, в лице ТНК, для священной ниггерской мести не особенно доступны, а вот белый пролетариат очень даже. Данная песня чётко показывает, что с точки зрения национальной идентичности бур - это, прежде всего, фермер. Вот их-то, в первую очередь, и отстреливают черномазые мстители.
Впрочем, надо заметить и песня хорошо это подчёркивает, что буры тоже были не сахар. На винтовку они надеялись больше, чем на доброе слово (если таково, вообще, имело влияние в диких землях южной Африки). Что рождало своеобразный человеческий типаж: упорного труженика и упрямца. Именно такой характер позволил построить южно-африканское государство, и именно он же являлся основой для непримиримого сожительства с чернокожим населением (см. апартеид).
К слову замечу, что сельское хозяйство для Африки в ЮАР передовое, которое не только кормит страну, но и окружающие бандустаны, что, скажем так, нейтрализует логику "про отнять и поделить". В лучшем случае речь идёт о перераспределении излишков, что можно осуществить и через национализацию, и через налоговый пресс и дотации. Но никак не через отстрел белых фермеров.
Так что мне сложно понять радость левых товарищей, которые приветствуют отстрел буров-фермеров и их семей в условиях. Они, конечно, не сахар, но ничего общего не имеют ни с воротилами современного транснационального капитала, ни с правящей верхушкой времён апартеида.

Оригинал взят у szhaman в Достали
Достали СМИ с этим Манделой...
Всемирный герой, блядь. Мне - как плохому человеку, его враги в тысячи раз симпатичнее. Так что пущай герой кушает теперь свои макароны - а я послушаю песню:



БУР ВДВОЕМ С РУЖЬЕМ

Жаркий час – час труда:
Глубока борозда:
Но вдвоем бур с ружьем – как всегда.

Хор:
И вдвоем бур с ружьем – как всегда, в час труда.
Где стоит – там стоит он как скала.
Он своим наречьем горд,
И ему не страшен черт:
Отойди, а не то сгоришь до тла.

Бурский сын, бурский внук
Крепко держит свой плуг:
Век вдвоем бур с ружьем – как всегда.

Хор:
И вдвоем бур с ружьем – как всегда, в час труда.
Где стоит – там стоит он как скала.
Он своим наречьем горд,
И ему не страшен черт:
Отойди, а не то сгоришь до тла.

Сыт откормленный скот,
Кукуруза растет –
Но вдвоем бур с ружьем – как всегда.

Хор:
И вдвоем бур с ружьем – как всегда, в час труда.
Где стоит – там стоит он как скала.
Он своим наречьем горд,
И ему не страшен черт:
Отойди, а не то сгоришь до тла.

При погоде плохой -
Порох все же сухой.
Век вдвоем бур с ружьем – как всегда.

Хор:
И вдвоем бур с ружьем – как всегда, в час труда.
Где стоит – там стоит он как скала.
Он своим наречьем горд,
И ему не страшен черт:
Отойди, а не то сгоришь до тла.

© Евгений Витковский, перевод

Рецензия: Дети Тумана.


Толковой картинки не нашёл – тисну фотку Сан Саныча.

Что-то подзапарился в последнее время – вот и решил снова пройтись по немеркнущей классике советской фантастики. И «Дети тумана» Сан Саныча Бушкова одно из таких произведений, которое формировало мой незамысловатый художественный вкус на рубеже 80/90 годов.

Я уже как-то останавливался на том факте, что фантастика этого периода обладала определённой привлекательностью: с одной стороны идеологические скрепы стали спадать, с другой – уровень творцов был достаточно высок, чтобы на этой волне сформировать ряд весьма любопытных произведений.

«Дети тумана» одно из них. Это, безусловно, советская фантастика, полная уверенности в величии современной науки и прогресса, но в то же время уходящая в сторону от магистральной линии развития: космоса и всего, что с ним связано. И, пожалуй, в ней акцент ставится не столько на саму науку (в книге есть физики, но они действуют скорее как лирики), сколько на эмоциональную составляющую процесса познания. В нём все тайны и магические навороты просто ещё не дождались своего вдумчивого исследователя, который с помощью навороченного «микроскопа» присовокупит разгадки к торжеству человеческого прогресса. Получилось очень мило, как в хорошем детективе, и без чертовщины.

Что ещё характерно? Это ощущение эпохи. Наука ещё не перестала быть панацеей от всех бед, более того создавалось ощущение, что рядом все загадки разгаданы, и чтобы найти новые - надо непременно пытливо изучать просторы глубокого космоса, или, на худой конец, ехать в шотландскую глушь – ведь только там можно встретить закрытые дверцы в иные миры. Жизнь среднестатистического пассионария в позднем СССР была скучна и прозаична, а потому Сан Саныч часто отправлял своих героев в параллельные миры, дабы там размахнуться с полётом фантазии.

В отличие от Вершинина и Филенко, которые потом переписали свои знаковые произведения на новый лад, и уже такими запомнились мне – Сан Саныч это заповедник идей и комплексов своего времени. Не смотря, что произведение хорошо написано, не страдает провалами логики, по своему жёстко смоделированы нравственные перипетии, с высоты сегодняшнего времени – это чистый наивняк. Где злодеи отдают некой опереточностью, главгерои излишне эмоциональны и впечатлительны. Словно романтичные юноши позднего СССР, вырвавшиеся на прогулку в увлекательную и немного страшную сказку. Но без чернухи и мерзости. Я, помнится, был очарован. Про свои юношеские фантазии рассказывать не буду;) – но замечу, Сан Саныч тренд сёк тогда чётко.

Collapse )